Владимир лениво барабанил длинными пальцами по столу, поглядывая на меня. Казалось, что он изучает меня, оценивая каждую деталь: манеру говорить, осанку, даже то, как я держу руки.
— А я… Позвольте, как вы написали… - он достал мобильный телефон и, вновь засмеявшись, произнес, - Я пртнер Клевского! Соколов Антон Викторович. К вашим услугам, мадам.
Второй мужчина был полной противоположностью первого. Немного старше, с широкими плечами и едва заметной сединой на висках, он излучал спокойствие и авторитет. Его лёгкая полуулыбка казалась дружелюбной, хоть и в его глазах пряталась настороженность.
Ковалевский, выдержав паузу, начал:
— Итак, Полина Олеговна, расскажите, почему вы считаете, что подходите для работы в нашем бюро?
Я постаралась выглядеть расслабленно. Это не они мне нужны, а я им!
— У меня колоссальный опыт работы в области уголовного права. На моем счету множество успешных кейсов с тяжелыми случаями. Убийцы, садисты, сфера наркоторговли. Широкий круг общения и знакомств, крупный спектр влияния на конкретные службы. Я имею авторитет в глазах многих ведомств. Совсем недавно я выиграла сложное дело против крупной компании, представляя интересы частного клиента. Думаю, моя квалификация соответствует требованиям…
— Думаете? - Ковалевский поднял бровь, - А если окажется, что не соответствует?
Я состроила из себя первокурсницу, готовую на все ради зачета.
— Тогда, возможно, стоит обсудить, как именно я могу повысить свои навыки, работая с вами.
Антон Викторович едва заметно улыбнулся, но Ковалевский не смягчился.
— Интересно, - протянул он, - А что вы считаете своим главным недостатком?
«Слабость на красивых мужчин. На таких, как Громов.» Я попыталась скрыть улыбку. Интересно, почему Алексей не пришел на собеседование? Я думала он является ведущим партнером в данном бюро. Что-то здесь не сходится.
— Я, пожалуй, слишком много времени уделяю деталям. Иногда это замедляет процесс работы, но в то же время помогает находить мелочи, которые могут повлиять на исход дела.
Ковалевский снова нахмурился.
— Медлительность? В нашей работе это может быть фатально.
— Позвольте не согласиться, - ответила я, расслабленно восседая в кресле - Иногда именно внимание к деталям позволяет избежать фатальных ошибок.
— Она тебя уделала, - с улыбкой пробормотал Антон Викторович, - А как вы относитесь к работе в условиях жёсткого давления?
Я снова вспомнила Громова. Его блуждающий по мне взгляд, мягкие улыбки и изучающий взгляд голубых глаз. Жёсткое давление? Ну, если бы он прижал меня к стене лифта…
— Я готова к этому, - твёрдо ответила я, блистая собственной уверенностью, - Давление — это часть нашей профессии. Если я не справлялась бы с ним, меня бы не пригласили на это собеседование.
— Милая, ты тут по большей части…
— Антон, не сейчас.
Антон Викторович хмыкнул, а Ковалевский откинулся на спинку кресла.
— Хорошо. Последний вопрос.
Я напряглась, ожидая подвоха.
— Если вам придётся работать с человеком, который не только критикует, но и откровенно унижает, - Ковалевский сделал паузу, наслаждаясь моментом, - как вы это выдержите?
Я пожала плечами.
— Я не буду принимать это на личный счёт, если критика справедлива. В остальном — я предпочитаю доказывать свои способности делом.
Антон Викторович внимательно на меня посмотрел, а потом повернулся к Ковалевскому.
— Ну, Владимир Андреевич, как вам?
Ковалевский на мгновение задумался, а потом равнодушно произнёс:
— Мы подумаем. Полина Олеговна, спасибо, что потратили на нас свое время. Вы свободны. Прошу, ожидайте звонка.
Быстро поблагодарив мужчин, я поднялась с места.
— Буду ожидать обратной связи. Еще раз благодарю вас за уделенное мне время.
Взяв бумаги, я повернулась и направилась в сторону выхода, чувствуя, как две пары глаз продолжают меня внимательно изучать.
— Она написала «ништяк»…, - тихо смеялась, шептал Антон Викторович.
— «Я крутой адвокат. Загуглите», - вторил ему Ковалевский, стараясь сдержать свой смех.
Из кабинета я вышла гордо и плавно, словно королевская особа. Никому нельзя видеть, как я сгораю от стыда. Всё дома! Там, под тяжелым одеялом я дам волю чувствам. Но не сейчас, не здесь. Слишком долго я трудилась, чтобы быть той, кем в итоге стала.
Вернулась я домой голодная, уставшая и задумчивая. Мне казалось, что собеседование было фиктивным, им просто хотелось посмотреть на меня, как на мартышку в зоопарке. Посмотреть, кто посмел так грубо и бездумно нарушить все деловые границы.