Я подошла ближе, медленно, будто во сне.
Тела… если от них что-то осталось…
Люди, преследовавшие меня… солдаты… учёные…
Все мертвы.
"Ты этого хотела," — прошептал внутренний голос. — "Теперь ты одна."
Я стояла в эпицентре своей ярости. В той самой точке, где доказала — они не смогут больше ставить на мне эксперименты.
Но… почему было так пусто внутри?
Впервые за всё это время я не чувствовала угрозы. Только тишину.
Я развернулась и ушла, не оборачиваясь.
---
Лес встретил меня прохладой. Ветер шептал в кронах, стряхивая с листьев пепел.
Я шла долго — пока не нашла место: небольшой холм, окружённый деревьями, где текла тонкая речушка. Здесь было тихо. Укрытие. Без людей. Без капсул. Без Эссиона.
Я собрала хворост, развела огонь, сварила немного чая и выложила из рюкзака всё, что успела украсть в городе.
Нож. Верёвка. Шпильки. Еда. Чай. Маленький казан.
И тишина.
Я легла прямо на траву.
Глаза смотрели в небо.
Оно было голубое, чистое, будто ничего не случилось.
Будто я не убила десятки людей.
Будто я не была монстром.
И я задремала под шелест листьев.
---
Три дня я жила в лесу.
Охотилась. Плавала в реке.
Наблюдала за животными. Училась дышать.
Просто дышать.
Без боли. Без страха.
Без Эссиона внутри.
Но на четвёртый день я поняла:
Я должна вернуться в город.
Там остались вопросы. И ответы.
Там были люди, которым можно было доверять… хоть немного.
И, может быть, именно там я найду следующую цель.
Я собрала свои вещи, тщательно стёрла все следы и двинулась обратно — в сторону городских стен.
Тишина.
Запах пепла и горелого металла витал в воздухе, проникая в лёгкие. Здание позади догорало. Откуда-то в небе выли сирены, будто кто-то пытался предупредить о трагедии, которая уже произошла слишком поздно.
Я шла медленно, тяжело, чувствуя под ногами хруст битого стекла и сгоревшей земли. Каждая мышца ныла, тело отзывалось болью на каждый шаг, но внутри — внутри было странное спокойствие. Я выжила. Они — нет.
Почти все. За выступом, среди поваленных балок, я заметила движение. Рука. Живая.
Я молниеносно достала нож, но не бросилась. Осторожно, пригнувшись, приблизилась и увидела мужчину — в форме солдата, с растрёпанными волосами и окровавленной губой. Он сидел, опираясь на локти, с поцарапанной щекой и пеплом на ресницах. Его винтовка валялась в стороне, а сам он… просто поднял руки.
— Не стреляй… — голос был хриплым, но твёрдым. Он не умолял — он просто просил. — Я не хочу умирать.
Я остановилась, всматриваясь в его лицо.
Молодой. Но не мальчик. Мужчина, лет тридцати, с горящим взглядом и шрамом на лице, пересекающим переносицу — как след от давно затянувшегося боя. Волосы тёмные, чуть волнистые, доходят до плеч. Уши украшены маленькими серебряными серьгами. Но не это меня зацепило.
Он не боялся.
Он смотрел мне прямо в глаза.
— Почему ты жив? — спросила я холодно, держа нож наготове.
Он медленно выдохнул.
— Упал с крыши до взрыва. Очнулся здесь. Думаю, мне просто повезло… или наоборот.
Я прищурилась. Мозг работал быстро: ловушка? Остаток плана? Шпион?
Он, будто почувствовав мои мысли, осторожно положил ладони на землю.
— У меня нет оружия. Я не враг. Больше… нет.
Молчание повисло между нами.
— У тебя теперь нет базы, — проговорила я медленно, — нет приказов. Нет команды.
— И дома тоже нет, — добавил он, криво усмехнувшись. — Я был сиротой. В армию пошёл, потому что это был единственный выбор. А теперь… — он пожал плечами, — теперь даже выбора нет.
Я не опустила нож, но шагнула ближе.
— Тогда зачем ты жив?
Он посмотрел на меня с удивительным спокойствием.
— Потому что я не убивал. Ни одного заложника. Ни одного ребёнка. Я просто был там. Но я не такой, как они. Я видел, что с тобой делали. Я знаю, что всё это — неправда.
Я замерла.
Он знал. Он знал.
— Как тебя зовут? — спросила я, едва слышно.
Он поднял бровь.
— Раэль. Раэль Воррен. А тебя Буря?
Я чуть качнула головой.
— У тебя нет права знать.
Он усмехнулся — горько, почти уважительно.
— Значит, пока будешь звать меня просто… выжившим.
Я опустила нож.
---
Позже, когда мы шли сквозь заросли, я обернулась через плечо.
— Почему не убежал?
Раэль шёл за мной, обвязав рану на плече кусками своей рубашки.
— Потому что ты могла бы меня убить. Но не стала.
— Это не ответ.
— А ты могла бы спасти. Но всё равно взяла с собой. Значит, я не совсем тебе чужой.
— Или ты мне пригодишься, — парировала я.
Он усмехнулся.
— Посмотрим.
....
Её зовут Арисса
5 глава