Тем временем мелкий проказник в сопровождении Элизы дошел до комнаты, в которой в горизонтальном положении на каменном полу лежал тот самый боевой костюм. Вместе с тычком в спину сзади раздался грубый женский голос. — Давай залезай.
Попаданец послушно сделал то, что от него хотели. Он вообще для себя уже решил, что до момента для удачного побега будет вести себя так, как хочет эта женщина. Скажет, чтобы он прыгал, — он будет прыгать, скажет, чтобы весь путь полз на брюхе, — он и это сделает. Нужно лишь немного подыграть, чтобы даже она поверила, будто герой — маменькин сынок, желающий вернуться в свой мир, и ради этого сделает всё что угодно.
Едва рука Иссекая коснулась доспеха, нагрудные пластины механизма разъехались в сторону, удивляя Элизу. Она всё еще не могла поверить, каким образом вот этот порядком уже надоевший ей урод может являться героем. Но всё же артефакт принимает его, и с этим уже сложно поспорить. Так сказать, прямое доказательство того, что он призванный, тот самый человек из пророчества. Она смотрела, как гигантский доспех с маленьким человеком внутри, перевернувшись на бок и продавив своим весом каменный пол, уперся руками и начал подниматься вверх, возвышаясь над ней на добрые почти два метра. Впервые женщина почувствовала себя маленькой и впервые за долгое время смотрела на кого-то, задрав голову вверх. Герой же наблюдал, как вечно такая большая Элиза, гонявшая его по внутреннему двору и спокойно державшая на одной руке, дышала ему в район солнечного сплетения. Ему почему-то захотелось погладить ее по светлым волосам, и он даже протянул руку, но воительница резво отскочила назад, вынимая меч из ножен.
— Убить меня хотел?! — закрывшись щитом и направляя остриё одноручного меча, кричала глава стражей то ли из-за нервов, то ли думая, что герой не услышит её под толщей металла.
— Да нет! Что ты! Просто погладить хотел, с такой высоты ты такая мелкая. — Вытягивая свои огромные руки вперед, оправдывался герой. От чего женщина напрягалась ещё больше. Хоть она и была уверена в своих силах, но вот один на один против божественного артефакта явно будет непросто. А ещё, если учесть уловки этого подлеца, она могла бы, пожалуй, даже и проиграть.
— ДА Я РЕАЛЬНО ПРОСТО ХОТЕЛ ТЕБЯ ПОГЛАДИТЬ! ДУРА ТЫ ТУПАГОЛОВАЯ! — Сорвался герой. Но, осознавая, что вышел из образа, тут же принялся извиняться. — Извини, я правда не хотел ничего плохого. — Склонившись на сколько это позволят чудо произведение прошлой цивилизации, герой еще раз попросил прощения. — Обещаю больше не касаться тебя!
— Хм... — призадумалась сероглазая блондинка. Затем убрав меч в ножны, добавила. — Ладно. Но только попробуй еще раз выкинуть что-то подобное. А теперь следуй за мной, только не подходи близко.
***
Мы покинули дворец, а после и двор, и я впервые за практически полгода в этом мире увидел город! Дворец находился на приличном возвышении, и пред моими глазами открылся вид на красивые большие резиденции аристократов разных видов с великолепными садами. Чуть дальше виднелись красные черепичные крыши небольших домиков, и лишь у самых огромных каменных стен располагались покосившиеся деревянные лачуги, в которых, скорее всего, жили бедняки. Вокруг тут и там тысячи мелких горожан сновали туда-сюда только по им известным делам. Как я мог разглядеть весь город? Да всё просто. Стоило только сконцентрироваться на одной точке, и я будто смотрел в бинокль. А сколько ещё функций таит в себе этот артефакт? Всё-таки я не последую совету архимага и не брошу такую удивительную вещь! Хрен вам, госпожа Сисилия, даже в обмен на ваши сиськи я не отдам это сокровище!
— Пошли, нам ещё принцессу спасать. — Не давая возможности получше разглядеть город, заявила моя напарница.
Когда герои, поклявшиеся спасти бедную принцессу Попецилию, спустились по мощеной каменной дороге вниз и прошли сквозь особняки аристократии, выходя в основную часть города, проходящие мимо горожане едва не сворачивали свои шеи, не веря собственным глазам. Поначалу не спеша, люди, точно цунами, постепенно заполоняли улицы, не давая пройти огромному герою, который был больше людей практически вдвое. Тут и там люди скандировали слово «герой». На их лицах сияли самые что ни на есть искренние улыбки. Каждый из них считал считал честью прикоснуться к священному артефакту, но особым уважением среди простого люда считалось прикосновение героя, кое, по местным поверьям, приносило удачу на всю оставшуюся жизнь, и без исключения всякий житель столицы хотел удостоиться такой чести, из-за чего нередко случались конфликты, когда кто-то, пытаясь пролезть вперед, напирал на стоящих впереди. Элиза, глава королевской стражи и одна из самых известных персон, пыталась своими силами утихомирить распылившуюся толпу. Но, увы, на фоне легендарного героя в сияющих золотым блеском доспехах, который раздавал приветствия направо и налево, она смотрелась невзрачной серой мышью.