Глава 1. Искры в ночи Милуоки
Лето 1901 года выдалось в Милуоки душным и тягучим. Вечера опускались на город, принося лишь небольшое облегчение от дневной жары, но духота словно въедалась в кирпичные стены домов и мощеные улицы. В одном из скромных деревянных домов на окраине, в небольшом сарае, освещенном тусклым светом керосиновой лампы, царила совсем другая атмосфера – атмосфера сосредоточенного труда и искрящейся энтузиазма.
Два брата, Артур и Уолтер Дэвидсон, склонились над грудой металлических деталей. Артур, старший, с копной непокорных рыжих волос, постоянно сбивавшихся на лоб, энергично орудовал напильником, стачивая острые края какой-то замысловатой скобы. Младший, Уолтер, с более спокойным и сосредоточенным выражением лица, внимательно изучал чертеж, набросанный углем на деревянной доске. Время от времени он что-то тихонько бормотал себе под нос, сверяя размеры и соединения.
В углу сарая, словно молчаливый наблюдатель, стоял незаконченный остов чего-то странного и пока еще неуклюжего. Велосипедная рама, усиленная металлическими пластинами, с прикрепленным к ней небольшим, но уже отчетливо пахнущим маслом и бензином двигателем внутреннего сгорания. Это и был их секрет, их навязчивая идея, поглощавшая все свободное время и скудные сбережения – их первая попытка создать нечто, что избавит человека от утомительного кручения педалей.
"Билл сегодня задерживается?" – не отрываясь от работы, спросил Артур, смахивая пот со лба тыльной стороной ладони.
Уолтер, не поднимая глаз от чертежа, кивнул. "Смена на заводе выдалась тяжелой. Обещал зайти, как только освободится."
Уильям (Билл) Харли, их друг и единомышленник, был сердцем и душой их технического предприятия. Именно его инженерный ум и страсть к механизмам вдохнули жизнь в эту безумную затею. Братья Дэвидсон, обладая практической смекалкой и предпринимательским духом, дополняли его видение.
Артур вздохнул, откладывая напильник. "Надеюсь, он принесет те новые шайбы. Без них мы дальше не продвинемся с креплением двигателя."
В этот момент дверь сарая скрипнула, и внутрь вошел Билл. Высокий и худощавый, с серьезным выражением лица, он держал в руках небольшой холщовый мешочек.
"Приветствую, механики-самоучки," – устало улыбнулся он, высыпая на верстак горсть блестящих металлических шайб. "Начальник сегодня был не в духе, пришлось задержаться. Но главное – вот они."
Глаза братьев загорелись. Эти маленькие металлические кружочки были ключом к следующему этапу их работы.
"Отлично!" – воскликнул Артур, тут же хватая несколько шайб. "Теперь мы сможем наконец-то закрепить двигатель как следует."
Под жужжание комаров и приглушенные звуки ночного города, трое молодых людей вновь склонились над своим детищем. В свете мерцающей лампы их лица были полны решимости и надежды. Они еще не знали, что этот скромный сарай станет колыбелью легенды, а их неустанный труд положит начало истории, которая навсегда изменит мир. Они просто верили в свою идею и в то, что смогут заставить эту странную конструкцию с мотором поехать. И в этот душный летний вечер в Милуоки рождалась мечта о свободе и скорости, имя которой спустя годы узнает каждый – Harley-Davidson.
Глава 2. Дым и надежды первого мотора
Следующие несколько недель сарай Дэвидсонов превратился в настоящий механический цех. Звуки стуча молотка, визг напильника и приглушенное рычание оживающего двигателя стали привычным фоном для окрестных домов. Билл, после своей смены на заводе, спешил сюда, неся с собой новые идеи, чертежи, а порой и добытые с большим трудом детали. Артур, с присущей ему энергией, брал на себя самую тяжелую физическую работу, а Уолтер, скрупулезный и внимательный к мелочам, следил за точностью сборки.
Первый двигатель оказался капризным. Он чихал, плевался маслом и отказывался работать ровно. Каждый запуск превращался в небольшое событие, собиравшее любопытных соседских мальчишек, которые с замиранием сердца наблюдали за попытками изобретателей оживить свое детище.
Однажды вечером, после очередной неудачной попытки завести мотор, Артур с досадой пнул ногой старую покрышку, валявшуюся в углу.
"Да что ж такое! Никак не хочет работать как надо," – проворчал он, вытирая руки ветошью, перепачканной маслом.
Билл, склонившись над двигателем, внимательно осматривал карбюратор. "Дело, скорее всего, в подаче топлива. Слишком богатая смесь."