- Что нам записать? Что нам положить в Завет? Какие слова возвестить? – с огненным рвением и пламенной готовностью исполнить повеление, озвучил вопросы голосом твёрдым священник.
Никто не стал утруждать рук мужчины. Большой камень в метре от него раскололся, осыпавшись крошкой. Затем второй раз был слышим щелчок и хруст – вторая часть стала пылью и вместо обычного булыжника мистически-светлыми буквами сияла каменная табличка на которой ярко пылало несколько строк, которые тут же прочитал священник:
- Один у вас Бог, так любите же Его и воздавайте хвалу Ему. Будьте милостивы к ближнему, проявите милосердие и снисхождение к тому, кто рядом и возлюбите его. Явите же дела любви, не осудите. Воздержитесь от убийств, зависти, блудодеяний, алчности. Если соблюдёте Завет любви сей, то не забуду каждого соблюдающего и спасу в день мрачный, поддержу дух его и пребуду с ним до конца дней его.
Глас небесный был краток в Своих повелениях и свершениях. Но всего пара минут отразились в сердцах людей и аэтерн вечной светлой печатью. Теперь же они преисполнены надежды, они ведают и знают, что впереди если не их и их детей, но предков ждут благие времена возрождения мира и восстановления всего светлого и великолепного.
Всё кончилось… всё завершилось, молитва Творцу, свершённая в отчаянии, дала надежду на то, что когда-нибудь мир вновь будет сиять и пребывать в великолепии. Священник поднял лежащую рядом свинцовую пластину, отряхнув её от пыли и грязи, напомнил предстоящим подле него с чего всё началось, ибо так велит порядок далёкой и практически забытой службы Творцу, утверждённой в далёкую бытность ещё Азатароном:
- Не было изначально ничего кроме безмолвия и тьмы беспредельной. Но дыхание Создателя вострепетало пред ликом пустоты, шепча – «Да будет свет». И явился свет. И это прекрасно и вот день первый. И вечный свет стал являть форму и наполнять сущность бытия – день второй таков. И из света родился наш мир – наша красивая, хрупкая обитель, поставленная в безбрежной пустоте космоса. Могучий тёплый свет грел эти дни. И светило меньшее управляло сумерками. И так настал вечер, и было утро. Ещё день. И вот собрались воды мировые вместе. И возникла твердь крепкая среди них. Минул другой день. И на земле понемногу стала возникать жизнь. Густым изумрудным ковром укрыл Он своё Творение. И в воде тоже, забурлила жизнь. В глубине морей зародились создания, коих нет уже. И явилось бесчисленное множество рыб, которых дор сих пор мы зрим. А вскоре, в небо воспарили птицы. И был вечер. И было утро. День пятый. Теперь целый мир полнился обитателями жизни. Все виды зверей – плавающих, летающих, ползающих наполнили прекрасный славный мир. И это было хорошо, очень прекрасно. И вот свет, и воздух, и вода, и твердь земная – всё святое, чистое и не лишённое порока. И вот каждый есть часть единого целого, каждый на своём месте. Всё было в равновесии. Это был истинный Эдем, бриллиант в твёрдой длани Создателя. И тогда решил Он создать Первомужчину. И вместе с ним Первоженщину. Отца и мать для всех народов земных, для нас. Он вот дал Он им выбор в день великого искушения – уступить соблазну Тель-Имаальти, ангелы тьмы, или удержаться, и остаться в свете Творца. Но они испили от запретных вод и так лишились своей святости, отбросили невинность, дав начало циклу. И уже несколько тысяч лет со времён «падения», грех живёт в каждом из нас, цикл вновь и вновь пожирает мириады душ. Брат воюет против брата, один народ режет другой. Человек восстаёт против Создателя. Человек убивает себе подобного, питая тёмных духов, жаждущих наступления цикла. Мы внесли разрушение в этот мир… это сделали мы. Это сделали люди. Всё что было святого, светлого, всё что было в нём чистого, мы осквернили. И вот… всё повторяется. И если бы мы человек вошли в Его райский Сад, мы бы снова разрушили его.
Священник завершил слово, которое было пронизано непередаваемой скорбью. Стоя на холме, кутаюсь в темень наступающей ночи представь точками, угольками на фоне догорающего солнца, они стали чем-то большим, нежели просто беженцами. Остатки Церкви Творца, исповедники пророческого служения Азатарона и осколки веры былого, прекрасного мира, они превращались в новое собрание Единого, которое понесёт Его слово сквозь века, возвестит Истину народам или же тем, кто настолько могуществен, что его воля способна будет изменить полотно мира, преобразить его и облагородить.