Я стою перед ними злая, отчаявшаяся, и чувствую себя полной идиоткой. Я понимаю почему они мне не доверяют. Но что делать мне?! Как донести до них, что все мои слова — правда?
И в этот момент в разговор вмешивается еще один человек. Он сидел чуть в стороне, в тени, и до этого момента я его почти не замечала. Но когда он поднимается, я понимаю, что именно он – центр этой комнаты.
Он не похож на остальных. В нем нет ни грубого напора Брока, ни умудренной усталости Финнеана. Вся его фигура дышит силой и скрытой мощью, сжатой до состояния пружины.
Высокий, одетый в темный сюртук, отдаленно напоминающий современный костюм-тройку, он двигается с ленивой грацией хищника. Темные, как ночь, волосы небрежно падают на лоб, а глаза цвета грозового неба смотрят так, что по спине пробегает холодок.
Он подходит ко мне вплотную, и я инстинктивно делаю шаг назад, упираясь в стол. Мужчина останавливается, и я чувствую исходящий от него запах – холодного воздуха, кожи и чего-то дикого, лесного.
Не дожидаясь моего разрешения, он протягивает руку, и его твердые сильные пальцы обхватывают мой подбородок. Он не сжимает, не причиняет боли, но хватка такая уверенная, что я понимаю – вырваться не получится.
Он заставляет меня поднять голову и посмотреть ему в глаза.
Сердце пропускает удар, а потом пускается вскачь. Его прикосновение обжигает, и от этого простого жеста по телу пробегает дрожь, не имеющая ничего общего со страхом.
Эта властность, эта спокойная уверенность в своем праве… это так похоже на Дориана. Но если сила Дориана была буйной, высокомерной, то сила этого человека – тихая, глубокая и оттого, кажется, еще более опасная.
Он смотрит мне в глаза так пристально, будто пытается прочесть мою душу. Молчание затягивается. Я чувствую, как начинают гореть щеки, но не могу отвести взгляд.
Это странное, напряженное противостояние, в котором смешались страх, вызов и что-то еще, совершенно новое и будоражащее.
Наконец, он чуть склоняет голову, и уголок его губ трогает едва заметная усмешка. Голос у него низкий, с легкой хрипотцой, от которой по коже снова бегут мурашки.
— Я задам тебе всего один вопрос. И от того, как ты на него ответишь, будет зависеть все. В том числе, твоя жизнь.
Глава 9
Его слова повисают в воздухе, тяжелые и опасные, как занесенный для удара топор.
Сердце бешено колотится как птица в клетке, рвущаяся на свободу.
Я судорожно пытаюсь угадать, что он спросит. Знаю ли я военные планы Дориана? Или его слабые места? Или вообще то, чего я, Даша из другого мира, знать не знаю, и любой мой ответ будет расценен ими как ложь?
— Какой вопрос… — шепотом спрашиваю я, внутренне сжимаясь от ожидания.
Но незнакомец молчит.
Просто смотрит мне в глаза, и это молчание страшнее любых гневных криков.
Напряжение в комнате становится таким густым, что его, кажется, можно резать ножом. Паника подступает к горлу, ледяная и тошнотворная.
Ну же, спрашивай! Хватит тянуть!
Наконец, он говорит, и его тихий голос заставляет меня вздрогнуть.
— Неужели ты не боишься? Не боишься нас, этого места? Не боишься жить в окружении врагов? Ради чего ты решилась на такой отчаянный шаг?
Вопрос с одной стороны такой простой, а с другой такой сложный, что я на миг даже теряюсь.
Это не проверка знаний, не попытка выведать у меня тайны Дориана. Незнакомец хочет понять что мной движет, хочет понять меня и мои чувства. А в такой ситуации единственный способ выжить – ответить так же просто и честно.
Я делаю глубокий, дрожащий вдох, собираясь с мыслями.
— Боюсь, – шепчу я, и это чистейшая правда. – Конечно, боюсь. Я же не сумасшедшая. Вы видите во мне врага, жену человека, который принес вам горе. И я понимаю это. Только вот… – я поднимаю на него глаза, стараясь вложить в свой взгляд всю искренность, на которую способна. – …я никого из вас врагами не считаю. Я вижу просто людей, которые защищают свой дом и которым доставили много боли.
Я чувствую, как его хватка на подбородке чуть ослабевает, но он все еще не отводит взгляда.
— Да, мне страшно здесь. Но знаете, чего я боюсь больше? — Я замолкаю на секунду, а потом слова льются сами, горькие и отчаянные. — Жить в запертой клетке, наедине с чудовищем, от которого не знаешь, чего ждать в следующую секунду. Его доброта страшнее гнева, потому что за ней всегда скрывается яд. А здесь… здесь вы хотя бы честны со мной. Вы сразу обозначили ко мне свое отношения, хоть угрожать мечами, как по мне, было лишним. Но я хотя бы могу понять что вами двигало. Я знаю чего мне от вас ждать и осознаю, что для того, чтобы это изменить, я должна доказать вам, что я не такая, как мой муж. Так мне очень страшно, но к такому страху я готова. По крайней мере, с ним можно жить и это всяко лучше, чем та жизнь, от которой я сбежала.