Дверник подошёл к глухой, казалось бы, стене в углу холла. Он положил ладонь на гладкую поверхность. Под его пальцами камень… ожил. Незаметный шов проступил, и целый фрагмент стены размером с дверь бесшумно отъехал внутрь, открывая тёмный проход в зону внутри хранилища. Дверник и Картавый скрылись в проёме. Стена так же бесшумно вернулась на место, став неотличимой от остальной кладки. Гром удовлетворённо хрюкнул.
Алина уже отступала в тень, нащупывая путь к лестнице, ведущей вниз, к уровню сейфовых ячеек. Её цель была ясна.
***
Снаружи банк был стиснут кольцом синих мигалок. Броневики, щиты, натянутые тросы оцепления. Капитан полиции, красный от напряжения, орал в рупор, умоляя о переговорах. Ответом было гробовое молчание из-за ставень.
И тут толпу копов и спецназа плавно раздвинули. Вперёд вышел человек, чей вид заставил даже видавших виды бойцов невольно отступить на шаг. Вермандо Азраил. Высокий, безупречно прямой в чёрном аристократическом костюме, отглаженном так, что складки казались вырезанными из ночи. Широкополая чёрная шляпа скрывала верхнюю часть лица, а ниже – сияла белизной изысканная маска чумного доктора с длинным, клювообразным носом. Его движения были плавными, почти театральными.
За ним следовал Раджеш Шарма. Индус средних лет, плотный, с сединой в чёрных, засаленных волосах и тяжёлым, усталым лицом. Его белая рубашка без рукавов была заляпана бурыми пятнами, похожими на засохшее вино или… что-то иное. От него несло дешёвым ромом и чем-то едким, химическим.
Чуть поодаль, командным тоном раздававшимся на всю площадь, распоряжалась Матильда Браун. Её тело, мощное и обильное, с трясущимися при каждом движении складками жира, было облачено в растянутую белую рубашку. Кожа цвета тёмного кофе лоснилась от пота, тёмные кудри выбивались из-под берета ГОКА. Она указывала толстыми пальцами, расставляя людей, её голос, низкий и властный, не терпел возражений.
Матильда: ...огневые точки здесь и здесь! Снайперов на крыши соседних зданий! Раджеш, твои маркеры готовы? Быстрее! И не смейте стрелять в них, если не хотите гору трупов!
Вермандо же подошёл к капитану полиции. Вежливый, почти аристократический кивок.
Азраил: Позвольте, капитан. – Его голос из-под маски звучал удивительно мягко, бархатисто, с лёгким, неуловимым акцентом. Он взял рупор. – Господин Гром? Это Вермандо Азраил, из ГОКА. Мы здесь, чтобы помочь разрешить ситуацию без лишних… эксцессов. Позвольте нам поговорить. Каковы ваши требования?
Магия имени и тона подействовала. Через минуту главные бронированные двери банка приоткрылись. На пороге стоял сам Гром, держа перед собой как щит трясущегося от страха заложника – пожилого мужчину в костюме банковского служащего.
Гром: Азраил? Слыхал, – прорычал он. – Требования просты: вертолёт на крышу, маршрут свободный. Через час. И никаких штурмов! Иначе начну выкидывать кишки этих дармоедов по одному! Понял?
Он соврал. Вертолёт был ему совершенно ненужен, когда у них был Дверник. Он мог открыть "Дверь", куда угодно в пределах километра.
Азраил: Совершенно ясно, – ответил Вермандо, его голос оставался спокойным, как гладь озера. – Вертолёт – дело наживное. Но давайте проявим добрую волю. Выпустите детей и стариков. Покажите, что вы серьёзны в переговорах, а не в жестокости. Это упростит решение вопроса с транспортом.
Гром задумался на мгновение, его маленькие глазки сверлили фигуру в маске чумного доктора. Потом кивнул. Он ничего не терял этим.
Гром: Ладно. Только бабок и сопляков. Быстро! – Он грубо оттолкнул заложника к своим людям внутри. – Пускай выходят! Через пять минут – никого!
Он зашёл внутрь и через несколько минут из дверей, рыдая и спотыкаясь, выбежали дети и несколько пожилых людей. Их тут же схватили сотрудники МЧС. Гром был удовлетворён тем, что всё идёт плавно, когда к нему подскочил запыхавшийся бандит – тот самый, что ходил докладывать о дыре в стене.
Град: Босс! – зашептал он. – Там… на втором этаже… в стене дыра! Кирпичи в пыль! Кто-то внутри! Проник!
Гром замер. Мышцы на его спине напряглись, как канаты. Он медленно обернулся, его взгляд, полный внезапной, звериной ярости, метнулся сначала на Вермандо Азраила за кордоном, потом на перепуганных заложников. Он сжал кулак так, что костяшки побелели даже под тканью балаклавы.
Гром: Обманули… – прошипел он так тихо, что услышал только стоящий рядом сообщник. – Паскуда в маске… Обвёл вокруг пальца, пока крыса ползала… – Он потрогал свой новый автомат, висевший на ремне. – Я не люблю… когда меня обманывают. Особенно когда ставки так высоки.