Наблюдавший за моей реакцией Кирилл тихо засмеялся и щелкнул по носу:
— Я пошутил.
Я насупилась, поджав губы, и потерла кончик носа. Не больно, скорее досадно, что поверила.
— У тебя было забавное выражение лица.
— Смейся-смейся, стыдоба. Разыграл ребенка, — пробурчала я.
— Зачем же тогда ребенок заказывает «Мохито»? — парировал парень.
— Я же безалкогольный!
Кирилл усмехнулся, полез в холодильник под барной стойкой, насыпал в высокий стакан колотого льда. Я облокотилась на стойку, наблюдая за тем, как он перемешивает лед длинной ложкой.
— Ты не похожа на ребенка, — неожиданно произнес парень, наливая в стакан сироп и отмеряя газировки.
— А на кого я похожа?
Кирилл искоса взглянул на меня и снова улыбнулся.
— Тебе правду?
— Конечно, правду! Зачем мне ложь?
Парень пожал плечами, добавил в коктейль несколько кусочков лайма, веточку мяты и поставил стакан передо мной, добавив:
— Ты похожа на красивую девушку.
Ой, кажется, я краснею. Вот никогда не думала, что умею (хотя рыжим очень часто приписывают это умение), ни разу в жизни не ощущала это, а теперь вот чувствую, будто погружаюсь в горячий источник. Еще и пузырьки повсюду. Этакая кипящая газировка.
Я усмехнулась. Только сама до конца не поняла, своим мыслям или от смущения, вызванного словами Кирилла.
Взяла коктейль, отпила побольше, заглотив льда и, хрустя им, проговорила:
— Я ошиблась. Ты тут не работаешь. Ты тут девушек цепляешь. Рекламируешь свои курсы пикапа? Колись! Чего смеешься? На серьезных щах мне такое заявляешь.
— А ты сюда зачем пришла? Не в боулинг же поиграть.
— Подловил. Я из внутренней разведки. Ловлю таких вот дамских угодников. Так что сворачивай лавочку и не сопротивляйся, а то придется открыть огонь, — я направила на Кирилла сложенный из пальцев пистолет и дернула рукой, будто делаю выстрел. — Паф!
— Ранила, — с ухмылкой бросил парень.
— Паф!
— Убила.
Я засмеялась.
— Как будешь избавляться от тела? — облокотился на край стойки Кирилл.
— Можно сделать вид, что тебе стало плохо и оттащить в комнату для персонала. Там наверняка куча всякого хлама, среди которого твое бездыханное тело можно будет замаскировать и вывезти на тележке под видом мусора. Или оставить в морозильнике, чтоб не начал разлагаться, потом пробраться на пост охраны, взломать камеры видеонаблюдения и…
— Ого, у меня даже мурашки пробежали. Ты как настоящий киллер рассуждаешь, — рассмеялся парень, проводя ладонями по открытым предплечьям с выступающими венами.
— Да я настоящий Мориарти, гений преступного мира, — я выразительно постучала пальцем по виску. — Вот ты знаешь… Как-то мы ехали к бабушке с дедушкой вдоль полей, где лежали стога сена. И я на полном серьезе рассуждала о том, как можно беспалевно украсть стог сена с поля.
Тут Кирилл не выдержал и засмеялся в голос, приговаривая:
— Гений криминального мира крадет стог сена.
И снова эти ямочки. Ну кто в здравом уме раздает парням вот такие прелести. Это же оружие массового поражения.
— Что ты делаешь завтра? — неожиданно спросил Кирилл.
— Пытаюсь вспомнить как жить, а то продохнуть не дают со своей подготовкой к промежуточной аттестации.
— Ты же помнишь, что движение — это жизнь.
Я наклонила голову набок. А к чему клонил Кирилл?
— На площади каток открывается. Хочешь сходить?
Так вот как приглашают на свидания. Раньше я это только в кино и Полькиных сериалах видела. А в жизни совсем иначе. Кино ты хоть на паузу можешь поставить, чтобы проораться или достойный ответ придумать, а тут на паузу не поставишь. Хотя по ощущениям я точно отлетела куда-то и там-то моя душа сорвала все голосовые связки.
— Эй, мелкий, плесни-ка добавочку мне, — подошла женщина и стукнула дном своего пивного бокала о барную стойку. — Чего вылупился? Я сказала: «Повтори».
И она выразительно потрясла бокалом.
Мне стало неприятно, будто ты сидела в теплой ванне, окруженная ароматной и мягкой пеной, а тут на тебя ведро холодной воды вылили, да еще и с тиной гадкой. Кириллу это тоже не понравилось. Его очаровательные ямочки сразу пропали, а лицо будто закаменело. Точно так же, как на День самоуправления, когда я застала их с другом в подсобке за курением.
— Мне кажется, вам хватит, — холодно произнес Кирилл.
— Мало ли, что тебе там кажется! Ты кто такой, чтобы решать, хватит мне или нет? Тебя кто учил так со взрослыми разговаривать, негодник? Ты здесь, чтобы наливать, вот и делай свою работы! А если извинишься, то так и быть накину тебе пятихатку сверху.