Единственным прекрасным моментом во всей этой истории было то, что я держала Кирилла за руки и могла абсолютно легально виснуть на парне. Кстати, очень крепком. Я это чувствовала даже через двойной слой синтепона в наших курточках. И снова была словно в горячей газировке. Даже не чувствовала зимнего холода, который сегодня решил выморозить все и всех.
— Он проводил меня до дома, — закончила я рассказ. Полька с горящими от любопытства глазами подалась вперед, но я ее осекла: — И все. Мы обнялись на прощание, и я ушла.
— Жадина! — шлепнули меня по бедру. — А как он тебя позвал?
Точно. Я ведь так и не рассказала Польчику о том, что встретила Кирилла в боулинге. И что произошло потом…
— Встретились. Случайно.
Врать не хотелось. Но и от этой недоговоренности во рту стало горько. Совсем как на катке, когда приходилось сдерживаться, чтобы не сболтнуть лишнего. Мне почему-то запомнились слова Ани о том, что я люблю «ругаться» едой. Так что пришлось тщательно следить за тем, что говорю. Кирилл, наверное, подумал, что я умственно отсталая, потому что на любые его слова отвечала с большой задержкой — формулировала предложения.
— Лена, тебе много задали? — раздался из-за двери папин голос.
Ежедневное напоминание, что пора делать уроки. Мне даже не нужно ставить пометку в календаре — папа и без этого прекрасно следил за моей успеваемостью после того, как я чуть не осталась на второй год в четвертом классе.
Жалобно посмотрев на Польку и не получив должного сочувствия (эта тушеная капуста уже отучила свое), собрала себя в кучку и села за стол. Прямо так, не переодеваясь. Лучше покончить со всем поскорее и заняться чем-то более приятным.
Но стоило мне обложиться учебниками и начать обгрызать колпачок ручки вместо гранита науки, как завибрировал телефон.
Ответила не глядя.
— Я по поводу фикуса. Сколько его поливать надо?
Я отняла телефон от уха и недоуменно уставилась на цифры.
— Вообще-то два-три раза в неделю. Еще и крону надо опрыскивать, — припомнила я бабушкины наставления. — А тебе зачем? Цветами решил увлечься? Тогда лучше брать хою или «тещин язык». Они очень неприхотливые. Или джунгли в комнате устроить? Так учти, фикуса для этого мало. Тут как минимум монстера нужна.
Полька сдавленно захихикала, и я махнула на нее рукой.
На том конце замолчали и внезапно выдали:
— Зараза.
Это чего за дела? Я ему тут значит помогаю, своими драгоценными знаниями делюсь, а он еще и ругается?
— А ты чего сразу ругаешься? Растения вообще-то все слышат.
— Я по ошибке позвонил. Пока.
— Погодь-погодь, ты решил цветы выращивать?
— Зинаида Федоровна… Соседка попросила полить растения. А я забыл, какой цветок сколько поливать.
— Да без вопросов. Говори, чего за растения, а я скажу.
— Я не знаю названия.
— Кидай фотку.
— Да фикус с этими цветами. Полью как есть. Доживут как-нибудь.
— Э, не смей. Вдруг угробишь кого, дилетант. Диктуй адрес, будем спасать невинные кустики.
— Не надо. Сиди дома.
— Поздно, уже колготки напялила. Улица?
— Я сам справлюсь.
— Не слышала о такой. Ну ладно, на карте поищу. А дом?
— Вот ведь зараза…
— И опять ругаешься, — укорила я. — А я ведь к тебе на помощь спешу.
— Первомайская, 21.
— То-то же, — показала я язык потухшему экрану.
Кряхтя, словно старая бабуля, поковыляла в коридор.
— Уже сделала? — выглянул из гостиной папа.
— Далеко собралась? — с кухни пришла мама.
— Другу надо помочь, — ответила я, застегивая зимние ботинки.
— Какому? — снова мама.
— Он мне с уроками помогает иногда, — нехотя призналась я, накинула куртку, захватила шарф с шапкой и поспешила выскочить из квартиры.
— Чтобы в восемь дома была, — крикнул вслед папа, а я уже сбегала по ступенькам вниз.
Наверное, я хотела реабилитироваться за утреннее свидание. Почувствовать, что хоть на что-то способна, хоть что-то умею, хоть в чем-то хороша. Вот и ухватилась за слова Ключевского.
Он ждал меня у подъезда. Стоял, спрятав руки в карманы пуховика. Смурной и с красным носом.
— Привет, Олаф, — замахала я руками еще издалека. — Тебе жаркие объятия не нужны? А то совсем снеговиком выглядишь.
Я засмеялась.
— Заходи, холодно, — открыл дверь подъезда Женя, пропустил меня вперед и зашел следом, давая из-за спины указания: — Нам на пятый этаж. Нет, не эта дверь, следующая. Открывай. Только не пугайся.