— Я тоже… люблю… — неожиданно подала голос Мыша.
— Но ты же их на Новый год не загадала, — не унимался Игорь.
— Бабушка.
— Она тебе каждый год дарит коробку конфет, — махнул рукой парень, теряя надежду хоть что-то донести до нас.
— А что тут такого? — обняла меня Аня. — У каждого свои желания. У кого-то наушники, а у кого-то конфеты. И твое желание ничуть не лучше и не хуже Ленкиного.
Мыша часто-часто закивала, видимо радуясь, что кто-то смог озвучить ее мысли.
— Жень, ну ты-то хоть понимаешь меня?
— Не впутывай меня в это, — усмехнулся Ключевский, показывая раскрытые ладони.
Игорь махнул на нас всех рукой и тут же забыл о споре, начав рассказывать какую-то историю про двоюродного брата, который в садике подрался с Бабой Ягой из-за новогоднего подарка.
— Отлупил ее плюшевой морковкой, представляете? — ухохатываясь, еле выдавил из себя парень. — Тетя вся красная была, когда рассказывала. Сама, говорит, не знала, то ли смеяться, то ли стыдиться.
Хохоча и припоминая новогодние истории из детства, мы пошли по домам. В одном из дворов, через который было решено срезать путь до Аниного дома, что-то громко бабахнуло. Сначала все вздрогнули от неожиданности и как по команде подняли головы, ожидая увидеть салюты, но это были не яркие огненные цветы на небе, а вполне себе приземленные петарды.
— Придурки, — выругалась Анидзе, неодобрительно глядя на запустивших шутиху парней.
— Солидарен. Пробитые, — вынес вердикт Игорь.
— Не люблю петарды, — поддержала я друзей. — А вот салют запустила бы.
— О! Здоровская идея! Тут где-то должен быть киоск.
Игорь привычно подцепил Мышу под руку и вышел вперед, указывая нам дорогу. Мы петляли мимо машин, которыми был заставлен двор, а на небольшом свободном пятачке, где до этого мальчишки лепили снеговика, обосновалась компания с петардами и ради собственной показушности швыряли их в недолепленного снеговика, соревнуясь в ловкости и меткости.
— Что вы делаете? — слезливо стонал мальчик. Рядом с ним топталась еще парочка ребят. — Отстаньте! Уйдите!
— Не гунди, малой, — отмахивались от них парни.
— Чего они вытворяют? — не выдержала я и остановилась.
— Совсем больные? А если в кого-то попадет? — скрестила руки на груди Аня.
— Пойдем, — Мыша боязливо дергала за рукав Игоря.
Мда, силы точно были неравны. По числу мы может и не уступали, но пять здоровенных парней против двух парней и трех девчонок…
— Плюс. Семь. Девять… — забурчала я под нос, неотрывно глядя на это безобразие. — Два. Два. Чего лыбишься, Ключевский? Не помог твой совет.
— Да так, — пожал парень плечами, и его улыбка стала еще шире.
Ну и хумус с тобой!
А я подхватила горсть снега и, комкая ее в руках, двинулась на площадку.
— Эй, парни, вы чего такое делаете? Зачем снеговика портите? Не вы его делали.
— Слышь, иди читай нотации в другом месте, рыжая, — огрызнулся один из бугаев.
— Ты зачем девушку обижаешь? — встал рядом со мной Женя.
— Она так-то дело говорит, — поддержал подошедший Игорь.
— Ля, вы только гляньте, супермены прям, — засмеялся кто-то из компашки.
А тот, что кидал петарды угрожающе двинулся в нашу сторону.
Ну, как говорится, сам виноват. Мы действуем на опережение. И я запустила в него свой снежный снаряд. Снежок попал прямо в лицо парня. Тот пошатнулся и едва не упал, споткнувшись обо что-то.
— Один — ноль! Счет открыт, Ленка, — крикнула Аня. Они с Мышей успели подойти к детям и прикрыть собой.
Хулиганы недоуменно перевели взгляд с Ани обратно на нашу троицу, а я уже спешно комкала следующий снежок. Не хотелось оставаться безоружной.
— Ладно, рыжая, сыграем, — вытер мокрое от снега лицо бугай и тоже наклонился за снегом.
— В укрытие! — скомандовала я, развернулась и зайцем сиганула за ближайшую машину, откуда метко швырнула свой снежок. С другого конца машины пристроился Женя и, сгребая снег с багажника, формировал снежки и подавал мне. Аня с Мышей мигом подключились к битве, отвлекая противников на себя и деморализуя их криками. Игорь же пер в лобовую, виляя между парнями и опрокидывая их в сугробы. А мы с Ключевским добивали противников (от слова «противный», имейте в виду).
Пару раз мне все-таки прилетело снежком. Тот грубиян-таки добрался до нашего с Женей укрытия — нам пришлось спешно отступать, перебегая за соседнюю машину и одновременно отстреливаясь. Снаряды кончались быстро, а сделать новые на ходу никак не получалось. Вот и приходилось вилять между машинами, убегая от преследовавших нас противников.