— Тебя ведь Женя зовут, да? Не надо так с девушкой разговаривать.
Ключевский перевел взгляд на старшеклассника, будто только сейчас его заметил. И посмотрел так, будто с ним заговорила табуретка или стена — исключительно предмет интерьера, которому не дано не то, что высказывать, даже иметь личное мнение.
Но Кирилл спокойно, как он умеет, продолжил:
— Не дави. Лена, наверное, устала. Давай ты поговоришь с ней позднее. Хорошо? Лен, пойдем, я провожу.
Старшеклассник приобнял меня за плечи и мягко направил к лестнице. Оставшийся стоять на месте Ключевский стиснул зубы, как нередко делал, когда очень злился, но пытался сдержать эмоции и сохранить маску правильного мальчика, и произнес:
— Не надо ее провожать. Ее уже отец ждет.
Я вздрогнула и обернулась.
— Папа? Он здесь?
— Потерял тебя. Звонил, но ты не отвечала, — сухо пояснил Ключевский.
— Почему ты сразу не сказал? — подскочила я к нему. — Вот ведь квашенная капуста! Да меня дома прибьют. Я ж после той прогулки с фейерверками такого нагоняя схлопотала. Они даже комендантский час ввели.
— Тогда тебе стоит поторопиться.
Нет, все-таки иногда мне очень хочется врезать Ключевскому.
— А, холодец бракованный!
Я ломанулась в сторону актового, чтобы забрать свой рюкзак, но Женя остановил и протянул его мне. Во второй его руке был телефон Кирилла.
— Спасибо, — кивнул старшеклассник, проверяя свой список пропущенных звонков и сообщений.
— Мне пора идти, прости, Кирилл, — виновато протянула я, натягивая лямки рюкзака.
— Все в порядке. Ну, пока, — мягко отозвался парень и, шагнув ко мне, крепко обнял, прошептав на ухо: — Я напишу.
Снова залившись краской от воспоминания, что этот человек мне сегодня признался, я бросила рядовое «Будь» и побежала вниз по лестнице. На первом этаже ломанулась в гардероб, запнулась о порожек, чуть не пропахала носом пол, с трудом удержалась на ногах. И почему я вечно вешаю курточку в самый дальний угол? Утром там, конечно, хорошо — народу меньше, — но вечером приходится весь гардероб насквозь проходить, чтобы до своего барахла добраться. Путаясь в рукавах и оскальзываясь, я выскочила в фойе, но у двери вспомнила, что на мне по-прежнему сменная обувь. Рванула на второй этаж в наш классный кабинет. Дернула ручку, ввалилась внутрь и бросилась к шкафу, где мы все хранили уличную обувь.
— Елена? — раздался за моей спиной голос Горгоны, я замерла. Даже дух успела перевести, и только потом медленно обернулась к классной.
— Добрый вечер, Степанида Георгиевна. Я сменку забыла.
Классная руководительница приспустила очки на кончик носа и глянула на меня поверх стеклышек. Аж дрожь пробрала. Но Горгона, удовлетворившись осмотром, вернула очки на место и склонилась к стопкам тетрадей.
— Всего вам доброго, Елена.
— Да. И вам. До свидания, — сумбурно выдала я, схватила пакет и снова пустилась в бег. Словно за мной гнался василиск, желающий навсегда превратить в статую.
На первом этаже я заметила у входной двери Ключевского. Подбежала, плюхнулась на стоящую рядом скамейку и принялась спешно переодевать обувь.
— Чего ты тут стоишь? Меня ждал, что ли? Есть еще чего сказать? Подсмотрел в словаре новые прилагательные? Какие же? Тупая? Бестолковая? Дурная?
— Мне кажется, тебе больше подходит слово «зараза».
— Прекрасно. Прямо разбежаться и об стенку захотелось ударить. Тебя, Ключевский, — выдохнула я, поднимаясь на ноги.
— Силенок не хватит, — бросил он, развернулся и вышел на улицу.
От злости я пнула обувь, потом бегала собирала ее, кое-как запихала в пакет, закинула в рюкзак и выскочила на улицу. Парень стоял на крыльце и, задрав голову к небу, выдыхал облачки пара.
— Чего ты вечно стоишь на пути, как бесячий NPC? Хочешь, чтобы у меня совесть проснулась? Так учти, она в доле.
Ключевский ничего не ответил. Многозначительно глянул на меня из-за плеча и пошел к школьным воротам. Я следом.
— Чего ты дуешься как девчонка?
— То дед, то NPC, то девчонка… Определись уже, Евсеева, кто я для тебя. И кто этот Кирилл.
— Так ты злишься, что я с Кириллом была? С чего вдруг?
— Вот именно, Евсеева, с чего вдруг? — неожиданно вспылил парень, развернулся и в пару шагов сократил расстояние между нами. — С чего вдруг ты пошла в актовый, когда мы договаривались встретиться у гардероба? Я стоял там как придурок и ждал тебя два часа. С чего вдруг ты оказалась заперта в коморке за сценой, да еще и с этим Кириллом? С чего вдруг я должен бегать по всей школе, искать твоих друзей, друзей этого парня, чтобы узнать, где ты. А потом бегать за Аннушкой и завхозом, чтобы они вызволили вас, бедовых, которые занимались непойми чем в непойми как запертой коморке.