Не зная о том, какая участь его ждет, Ключевский вымыл руки, пришел на кухню и добровольно принял самую большую тарелку, в которой папа обычно окрошку ест. Я поспешила сесть на свое место, даже проглотила пару ложек для приличия, но на этом свой долг гостеприимной хозяйки посчитала выполненным и приступила к самому интересному.
— Как дела в школе? Чего нового?
От нетерпения даже поврежденная нога зачесалась. Я уже представляла, как информационный вакуум, в котором я варилась как в собственном соку последние две недели, лопнет мыльным пузырем и на меня прольются щедрые реки школьных сплетен, историй и шуток. Хоть что-нибудь, отчего я смогу почувствовать себя частью этой новой школы, а не аппендиксом, который навроде уже и не нужен, но и удалять его показаний нет.
— Все как обычно, — пожал плечами Ключевский, безжалостно запихивая меня обратно в космическую пустоту и одиночество, а потом еще ударом под дых добивая фразой: — Тебе разве одноклассники не рассказывают?
И ты, Брут…
Как все просто у них. Может парни иначе заводят друзей? Без переживаний, неловких моментов и глупых шуток? Например, встретились, узнали имена друг друга, пожали руки и все — кореша? Завидно.
Однако признаваться в своей дружеской несостоятельности было еще более глупо и досадно, даже немного стыдно, поэтому я самоуверенно заявила:
— Я с ними не общаюсь.
— Почему? — удивился Женя, зачерпывая ложку за ложкой. И ведь не поморщился ни разу. Да что у мужиков за желудок такой луженный? — Тоже накинулась на них из-за нарушения какого-нибудь школьного правила?
Я возмущенно засопела, как кипящий чайник, и правда бурлящим кипятком вылилась наружу:
— Нет. Просто сдружиться не успели. Я в начале года перевелась и никого особо не знаю, поэтому…
Как же жалко прозвучали эти слова, будто в собственной слабости расписываюсь. Я замолчала, закусив губу. Так уж точно ничего лишнего не вырвется. Хотя чему вырываться? Внутри и так пусто. Даже съеденный суп не помог. Я по-прежнему в вакууме, отделенная и забытая. Словно космический мусор, который слоняется туда-сюда. Конечно, кто будет помнить о переведенной ученице? Разве что парень из параллели. Да и он бы меня не знал, если б не перепалка со старшеклассниками и не вывих.
— Поэтому, спасибо тебе за домашку, — с трудом выдавила я. Все-таки противный этот суп, комом в горле стоит, аж слезы наворачиваются.
Сидевший напротив Ключевский смотрел на меня, потом кивнул и уткнулся в тарелку. Ишь чего, благородный. Делает вид, что не заметил мои нюни. Может все-таки не конь, а принц?
Я осторожно подняла взгляд и поняла, что Женя тоже украдкой наблюдает за мной. Осознав это, он кашлянул и произнес:
— По телефону… Это же твоя сестра была?
— Ага. Полина. Польчик-Колокольчик.
— Почему колокольчик?
— Бабушка всегда говорила, что у Польки очень звонкий смех. Будто колокольчик звенит. Я тоже хотела себе какое-нибудь красивое прозвище, но удостоилась лишь Ленки-Коленки.
Ключевский заглянул под стол, видать решил посмотреть, чем таким выдающимся обладают мои коленки, выпрямился и вопросительно поднял брови. Я не сдержала смешок.
— Твои предположения?
— В рифму было?
— Не без этого. Но в основном потому, что я часто разбивала коленки в детстве, — улыбнулась я. — Повсюду лазила, бегала, прыгала. В общем, была неуклюжей непоседой.
— Оно и видно, — ухмыльнулся Ключевский. — Ты невероятно удачлива.
— Обзавидоваться можно, — бросила я ложку в тарелку, встряхнула пятерней и начала загибать пальцы, перечисляя: — Поцарапала лопатку, когда повисла на суку дерева. Сломала палец, когда училась ездить на лыжах. Обожгла бедро, когда решила помочь маме приготовить компот. Рассекла лоб во время похода в младшей школе.
— Да ты просто ходячая катастрофа, — восхитился Женя и хитро улыбнулся.
— Польчик даже в шутку предлагала запереть меня дома, чтобы не сеять панику и разрушения и спасти город от моей деятельной натуры, — раздувалась я от собственной важности, но сразу же сникла: — Накаркала, вреднючка.
— Она говорила что-то про дракона и коня, — решил перевести тему Ключевский.
— А, не обращай внимания. Это у нас с ней локальные приколы. Фэнтези читаем, киношки смотрим…
— Но сходства определенно есть, — неожиданно перебил Женя, наставляя на меня ложку. — Глаза большие, натура взбалмошная и окрас огненный.
Я оттянула рыжую прядку и будто впервые посмотрела на нее. Волосы мне достались от бабушки. А вот веснушки генная рулетка подкинула Польке. Только и здесь сестра обыграла меня — с ее русыми волосами эти конопушки смотрелись не глупо, а как-то элегантно и даже благородно. Польчик на все мои допросы уверяла, что это благодаря силе макияжа и внутренней уверенности в себе, но я чувствовала — сестра у меня просто ведьма.