Роза выпрямилась, отвлекаясь, и внимательно его осмотрела.
— Эндрю, что случилось?
Он дернулся, натянул улыбку, пытался всем видом показать, что всё хорошо, и что не стоит о нём беспокоиться.
— Да я так, мысли вслух.
Расспрашивать его было бесполезно. Даже если бы что-то такое и произошло, то он вряд ли рассказал бы об этом чужому. Они продолжили заниматься фонарями, руки уже подрагивали от напряжения, но, зато, получалось неплохо. Роза даже подумывала привезти такую маленькую традицию к себе домой.
Когда они почти закончили, раздался звонок. Роза всегда просила Эвана звонить ей по возвращению, но в этот раз звонок был от Каса, и сердце пропустило удар от страха. Она ответила, поднимаясь, Эндрю тоже встал, заметив, как сильно она начала волноваться.
Эван был жив, но оказался ранен. Пока Роза спускалась до лазарета, то уже представила себе настоящую кровавую баню, а по факту, у него была рассечена рука. Глубоко, крови он потерял достаточно, но хотя бы не смертельно.
Охотники обладали какой-то дурной привычкой прикрываться руками, хотя эти руки они при этом никак не защищали.
Роза металась по лазарету, пока Ида в операционной зашивала ему рану. То, что они смогли заполучить в Улей настоящего хирурга-травматолога, было настоящим чудом, даже если пришлось закрыть глаза на то, каким плохим человеком был её отец. Ида — не её отец. Ник пытался остановить Розу, предлагал сесть, отправил пришедшего с ней Эндрю за кем-то. Более-менее успокоить её получилось Касу, который усадил её на кушетку и вкрадчиво объяснил, что с Эваном всё хорошо, что сейчас придёт Леа и сможет быстрее продвинуть лечение. Она кивала в ответ, но беспокойство никак не покидало её. Ей подали ароматный чай, она согрела похолодевшие пальцы о кружку и прикрыла глаза.
Каждый раз, когда она отправляла его на очередное задание, казалось, что к тому, что он не вернётся, Роза была готова, но он возвращался, и её страх снова пробуждался, ещё сильнее и ярче, чем раньше. Когда-нибудь она не выдержит и сойдёт с ума. Может быть, тогда она точно успокоится, но уже навсегда.
Эндрю вернулся с Леей. Он рассмеялся, когда она со своим слишком тонким и хрупким телом не смогла открыть тяжёлую дверь. Ему-то, конечно, проще, ведь он с такой силой родился. Он даже выглядел слишком изящным только потому, что ему не нужно было напрягаться, в отличии от остальных. А ещё, Эндрю один и Эндрю с Леей — две абсолютно разные личности. Рядом с ней он был слишком наглым, громким, невыносимым.
Леа выглядела истощённой, очень уставшей и замученной, её кожа приобрела совсем нездоровый оттенок, и Роза не знала, связано ли это с тем, что ей слишком часто приходится лечить, применяя свою силу, или с чем-то другим. Девушка приобняла себя, словно пыталась согреться, тихо поздоровалась и прошла в операционную, опустив голову. Её вид так же отметил и Кас. Он поинтересовался у Ника, как часто она приходит, затем попросил проследить за ней и не доводить её до такого состояния.
Они ждали достаточно долго. Кас потёр воспалённые глаза и сказал, что ему нужно уходить, но попросил сообщить ему, когда всё закончится. Так же он сказал, что завтра вместо себя за главного он оставит Феликса. Он постоянно морщился, приглядывался, и Роза прекрасно понимала, что он слишком переусердствовал, используя силы. Такими темпами, к новому году он может ослепнуть.
Роза и Эндрю остались в лазарете, сели у стола Ника и помогали ему с переводом справочника из библиотеки. Пока они обсуждали, как будет правильно перевести один из терминов, из операционной сначала вышла Леа, а следом за ней Эван. Он виновато улыбнулся, поблагодарил Лею, на что она просто кивнула, и отпустил её вместе с Эндрю.
Ник поднялся и отправился в операционную. Возможно, он просто не хотел мешать, хотя они вдвоём и не планировали ничего обсуждать. Розе было слишком страшно расспрашивать его, она подошла и обняла его.
В словах сейчас не было никакого смысла.
Ⅱ - Ⅶ
Глава 7
[Леа]
Кажется, Леа начала привыкать к этому месту и к тому, что происходило вокруг неё. Теперь её не беспокоили кошмары. По крайней мере, не так часто.
Лею попросили помогать в лазарете с ранеными, которые возвращались с вылазок. Эндрю стал её постоянным пациентом и закралась мысль, что он специально травмировался на заданиях, лишь бы провести с ней больше времени наедине, пока она корпела над его ушибами и ранами. Её способности для этого прекрасно подходили, хотя вообще, по классификации, она относилась к ведьмам, которые контролировали время, однако выделяя на теле человека лишь определённые места, она могла ускорять в выбранном куске время, тем самым заживляя повреждение. Слишком сильно ускорить процесс она не могла, так как чем быстрее, тем сложнее остановиться, но могла довести хотя бы до того момента, как остановится кровь или начнется процесс заживления кожи.