У неё был наготове грим. Он следил, как она готовилась, как от волнения у неё чуть ли не валилось всё из рук. Она подошла ближе, встала между его колен и нависла над ним, придержала за подбородок и начала водить кисточкой по лицу, от щекотки по шее пробежали мурашки, и он прикрыл глаза.
От неё очень вкусно пахло, её запах перемешался с тихим ароматом парфюма, который ей, к слову, очень подходил.
Наверное, не так уж и сильно он теперь ненавидел парфюмерию.
Её движения были лёгкими, аккуратными, и он на мгновение забылся.
— Что ты хочешь из меня сделать?
Она звонко рассмеялась.
— Череп.
— Серьёзно? Почему?
— Не знаю? А что тебе больше подойдёт?
Шерсть, хвост и клыки.
— Как скажешь. Череп так череп.
Она провела кисточкой рядом с глазом, и по телу снова пробежали мурашки. Он выдохнул, немного опуская голову.
— Говорят, ты расстался со своей девушкой. Что случилось?
Вряд ли на корпоративную почту приходило уведомление о том, что Уильям Лидделл расстался с Равенной Мейтнер 18 июля 2016 года где-то около двух часов ночи. Скорее всего, кто-то, кто испытывал к Уиллу симпатию, следил за соцсетями его бывшей девушки, которые она увлечённо вела, и заметил, что он как-то слишком давно там не появлялся. Ещё более вероятно, что Равенна сама обмолвилась в одном из своих постов о том, что её сердце теперь свободно. Уилл не понимал такого дотошного выставления любого события, произошедшего в жизни, всем напоказ, особенно после того, как столкнулся с человеком, который буквально мог облазить все твои страницы, а также страницы твоих друзей, чтобы собрать о тебе подробное досье. Однако, свою бывшую девушку он ни в коем случае не осуждал.
Он поднял взгляд. Уилл почти не видел лица девушки из-за линз, поэтому не понял, чего именно она хотела добиться этим вопросом.
— Просто расстались. Ничего такого не случилось.
Они просто изначально принадлежали разным мирам.
— Может, ты найдёшь себе кого-то ещё. Ту, что тебе подходит.
Ту, что из его мира. Ту, что сможет его понять. Может быть.
В голове всплыл странно-навязчивый образ, а в нос ударил до одури приятный аромат. Это было неправильно. Если он что-то сделает, то снова окажется разлучником.
Волосы девушки щекотнули его лицо, когда она наклонилась для того, чтобы поцеловать его. Уилл сообразил, что происходит, когда она уже приблизилась, и её дыхание коснулось губ. Он отклонился назад, увеличивая расстояние между ними. Конечно же, она приняла его безразличие и пассивность за своеобразный флирт, хотя это таковым не являлось, ведь ему действительно просто было всё равно на то, что его окружало.
— Прости, я так не могу.
Она выпрямилась и прижала руки к себе. Уилл резко поднялся, заставляя её отодвинуться. Между ними сразу же нависло такое напряжение и неловкость, что захотелось выйти на улицу и подышать. Он замысловато пожелал ей хорошего вечера, извинился и вышел на улицу, пряча руки в карманы.
Какая же абсурдная ситуация. Он сам виноват, сам довёл до этого.
Когда он возвращался обратно домой, ему пришло сообщение. Уилл остановился, чтобы прочитать, надеясь, что это не от неё. Ещё больше он надеялся, что это не от Эвана или Феликса.
Это от матери пришло короткое: «Хочешь подзаработать?» Никаких приветствий, никаких вопросов о том, как он. Хотя бы из приличия могла бы поинтересоваться. Ответил он таким же простым: «Да». Если прокрутить сообщения вверх, то всё их общение было таким: простые вопросы и простые ответы. Она прислала ему координаты и инструкции.
Уилл добрался до дома, поднялся в квартиру, перевёл дыхание, остановился посреди проходной комнаты. Он уже и забыл, что ему нужно делать, в голове всё перемешалось в кашу. Может, лучше было отказаться?
Он на всякий случай взял тактический нож, припрятанный на кухне, схватил со стола очки и новую маску, и, спускаясь по лестнице, вытащил из глаз линзы. Мир сразу же прояснился.
Когда он подошёл к спуску в метро, остановился, невольно вспомнив события, произошедшие с Грейс несколько месяцев назад. Мысленно он себя убеждал, что такого больше не случится, что это было просто стечение обстоятельств, и что никто ни в чём не виноват, но неприятное чувство гложило его, сковало по рукам и ногам, мешало идти дальше. Если он не поторопится, то действительно что-то могло случится, поэтому следовало взять себя в руки и спуститься. Он зажмурился, потряс головой и пошёл.