Вонь, которой он был пропитан, сводила с ума. Домой он забежал буквально на пару секунд, чтобы прихватить сменные вещи, и уже на улице ждал открытия прачечной. Пока вещи стирались, он очистил кожаную куртку и своё лицо от мерзкой жидкости влажными салфетками, потом отправился завтракать в соседнюю пекарню. Сначала он хотел написать Нику, но потом решил, что обсудить проблему будет лучше с глазу на глаз. Он забрал постиранные вещи, вернулся домой. Приняв душ, Уилл полез в шкафчик за линзами, но обнаружил лишь пустую упаковку и выругался вслух.
Без них он не мог показаться в колледже, его проклятые зрачки, которые светились из-за тапетума, не скрыть было даже очками.
На всю Адскую кухню была только одна подходящая аптека, где продавали эти линзы и прочие вещи, которые могли пригодиться колдунам. Уилл пришёл туда, надев тёмные очки, на входе столкнувшись с мужчиной, от которого ужасно пахло смесью крови мелассы. Пришлось отшатнуться от него, давая пройти. Неосознанно, он прикрыл нос ладонью, и это заметил мужчина, повернулся на него и сощурился, словно начал в чём-то подозревать. Уилл скользнул в закрывающуюся дверь и убрал руку от лица, вдыхая запахи медикаментов. Лучше он будет дышать этим.
Он подошёл к прилавку, попросил у фармацевта линзы для заклинателей и приготовил наличку.
— Можно ваше удостоверение?
Уилл удивился. Он же просто берёт линзы, для чего ему показывать своё удостоверение? Тем не менее, он послушался, достал из кошелька водительское удостоверение и предъявил мужчине. Тот посмотрел на него как на умалишённого, от чего Уилл опешил. Он какое удостоверение хочет? Грин-карту? Бельгийский паспорт?
— Удостоверение ANWS, — раздражённо добавил фармацевт. Он, наверное, уже решил, что парень перед ним в состоянии опьянения.
Твою мать. Они теперь требуют удостоверения колдуна даже при покупке линз? Как же крепко они решили схватиться за горло каждого. Уилл в последний раз проходил освидетельствование только по прибытию в США, и после укуса никогда не посещал местный штаб ANWS. Обходить ежегодные проверки ему помогала мать, а последние четыре года он просто игнорировал «приглашения» на осмотр. Каким-то чудом за ним до сих пор не явились и насильно не увезли в корпус в Бруклине (после чего от него самого остался бы один лишь корпус). Наверное, кто-то из маминых знакомых до сих пор скрывал его от остальных. Оставалось только надеяться, что за эти четыре года удостоверение никак не поменялось. Он достал ключи и показал ему брелок-удостоверение. Мужчина внимательно вгляделся в него, словно кроме букв «ANWS», указания типа «ench» и порядкового номера мог разглядеть что-то ещё. Уилл от напряжения перестал дышать.
Неужели сменили?
Фармацевт раздражённо пробубнил о том, что предъявлять удостоверение нужно сразу, и отдал ему злосчастную упаковку. Уилл спрятал её в карман и бегом вернулся домой, боясь, что за ним могут проследить. Он ходил по квартире как загнанный зверь. Всё произошедшее сбило его с толку. Он решил, что занятия на сегодня отменяются, сел, как и обещал себе, за черчение, но всё равно так и не смог успокоиться.
Уилл написал Нинке уже после полудня, сообщая, что она может забирать его. Ответила она только через какое-то время. Скорее всего, была уж очень увлечена Хеллоуином или как его там.
С утёса Уилл отправился сразу в лазарет, не слушая, что Нинке ему щебетала о празднике. К его счастью, Ник там был один, читал какие-то медицинские сборники. Посетителя он заметил не сразу, а когда увидел, очень испугался, не ожидая, что кроме него здесь есть кто-то ещё.
— Господи, Уилл, хоть бы предупредил, что ты здесь, — он отдышался, держась за грудь. — Что случилось? Почему ты не наверху?
— Разговор есть. У меня не получается обратиться, — он пододвинул стул и сел напротив стола Ника.
Ник сдвинул брови, внимательно оглядел его.
— А ты умел?
— Нет, полностью не умел, — нервно ответил он. — Только руки, а теперь даже это у меня не получается. Есть идеи, с чем это может быть связано?
Размышляя, Ник начал стучать пальцами по столу, потом полез в ящики и достал оттуда старую пыльную книгу с потёртым корешком.