Это Феликс напал на Рона. Поэтому Эван был так зол на него, потому что это он ранил Розу, оставив ей порез на горле. Так, нет, Феликс бы так легко себя не выдал. Но он пьян, и что-то выбило его из колеи. Запах эфира, похожий на миндаль, который от него до сих пор не отлип, предупреждение Беллы о том, что Камилла вполне может использовать внушение на ком-то… Однако этот кто-то не попал под влияние и разозлился. Рамон упоминал, что внушение Жнецам не страшно, оно их просто не берёт.
Осознание было похоже на удар чем-то тяжёлым по голове, по телу пробежали мурашки.
Феликс — это Жнец. Улей — ловушка.
Уилл резко поднялся со своего места. Слишком резко, из-за чего остальные тут же обратили на него внимание. Он смущённо улыбнулся, сказал, что забыл о чём-то, и направился внутрь. Никто не должен ничего заподозрить. Не сейчас. Сети сплетены так искусно, а сам Уилл погряз в них настолько глубоко, что одно неверное движение, и его буквально сожрут с потрохами, не оставив ничего. Рассудок неистово бился о черепную коробку, пытался найти подтверждения, опровержения, новые факты. Вся ситуация с Роном стала ясна как день: они довели его, сломали, убив Грейс, и он взорвался, тем самым подтвердив теорию о «нестабильных».
Леа. Зачем тогда Феликс спас Лею? Какую роль она должна сыграть во всём этом? Ему хотелось метнуться к ней, допросить, выведать всё, что она знает. Нет, она испугается, ничего не расскажет, а потом обязательно проговорится Феликсу или Эндрю. Он остановился у её двери, отдышался, стукнул кулаком по стене. Всё равно она сейчас не в своей комнате. Нет, лучше пока не спешить, нужно быть более осмотрительным. Следовало вернуться, сделать вид, что ничего не произошло, продолжить играть свою роль.
Взяв из холодильника минералку, он вернулся к кострищу и протянул бутылку уже изрядно уставшему Рону.
— Может, пойдёшь в комнату? — предложил он.
— Нет, всё хорошо, я побуду ещё здесь, — отмахнулся Рон, но открыл пластиковую бутылку и отпил. — Спасибо.
Уилл сел обратно рядом с Феликсом. Мысли никто из них читать не умеет, поэтому пока что ему опасаться нечего. Главное, чтобы диковатый взгляд не выдал его. Парни, похоже, отвлеклись от игры и уже обсуждали что-то другое. Он втиснулся в их разговор. Они обсуждали девушек. Конечно же, больше ведь обсуждать нечего. Эндрю запретил приближаться к Ви, объяснив это тем, что у неё уже кто-то есть.
— Так ты сам-то отношения начал или так, просто решил нас всех напугать? — спросил Феликс, опустошив свою бутылку. Его язык начинал заплетаться.
— Начал. Сегодня, — парировал Эндрю. — Или что, хочешь со мной посоревноваться?
— Куколка милая, но не мой тип, я пасс.
Феликс называл Лею poupée, что буквально переводилось как куколка, даже в её присутствии. Когда Уилл спросил её, стоит ли ему с ним поговорить и попросить прекратить так называть, она начала отрицательно мотать головой и уверять, что это мило, и ей очень нравится. Доля правды в его словах была, она действительно была похожа на куколку: большие ярко-голубые глаза, длинные каштановые волосы, россыпь веснушек на золотистой коже, тонкая талия и стройные ноги. Уилл не отрицал, что она была красива. Нет, в его понимании она была прекрасна, и, в отличии от вкуса Феликса, его типажом, но всё происходящее и нарисовавшийся рядом с ней Эндрю, а также тот факт, что он только недавно прекратил длительные отношения, просто не позволяли ему расслабиться и попытаться выстроить с ней более близкие отношения. Даже дружеские. К тому же ему казалось, что она его как-то побаивалась.
Не в этой жизни.
— Тогда я точно забираю её себе, раз уж нет других желающих, — он метнул взгляд в Уилла, и он выпрямился, злясь ещё сильнее.
— Может, — вмешался Уилл, — это она будет решать? Она не вещь, чтобы ты мог забрать её себе. Да и рассказал ли ты ей про свою интрижку с Камиллой?
Эндрю встал, насупился, сжал руки в кулаки, а Феликс торсом развернулся к Уиллу, заинтересовавшись тем, что он только что выпалил по глупости. Рон вообще приоткрыл рот от удивления и опустил взгляд в пол.
Уилл узнал о нём и Камилле в тот же день, когда Эндрю заявил о том, что хочет встречаться с Леей. Они завалились на кухню в первый день его дежурства, провоняв друг другом, и, как бы Уилл не хотел, он не мог этого не заметить. Сначала он спит с одной, а потом, на следующее утро, заявляет о своих правах на другую. Выродок.