— Да плевать, хоть целиком проглатывай. Главное, чтобы я больше не слышал тебя никогда. Чего пристала ко мне? — он одёрнул свою руку, освобождаясь от неё.
Он хотел демонстративно спрятать руку в карман, но она не позволила, снова схватила его за запястье, другой рукой взяла под локоть ещё свободной руки, стремительно приблизилась, встала вплотную, поставив ноги в каблуках между его стоп. Не ожидая чего-то подобного, он от шока затаил дыхание, стараясь не касаться её телом лишний раз, выгнулся в спине, чтобы отдалиться, но она только сильнее вжалась в его торс. Прежде, чем он смог что-то осознать и сказать, мир перед ним закрутился. За секунду он, наверное, совершил около трёх вращений вокруг себя. Вместо одного Улья, величественно возвышающегося у утёса, он увидел серо-красную брусчатку, улицу, дорогу с машинами и цветочную клумбу за головой Евы. Голова закружилась.
Он отпрянул от девушки, напоролся сзади на выставленные уличные столы и, едва не потеряв равновесие, присел на них. Поверхность стола, на который он опёрся, была ещё мокрая после дождя, из-за чего тут же пришлось встать и отряхнуться. Голова всё ещё была словно не на месте, мир вокруг кружился. Сил на то, чтобы возмутиться, не находилось. Он зажмурился и сделал несколько медленных вдохов, избавляясь от тошноты и, между делом, пытаясь выровнять учащённое сердцебиение. Когда сердце начало так быстро биться? До или после перемещения? Ева поаплодировала ему, издеваясь над его состоянием.
— А ты неплохо переносишь телепортацию.
— Да пошла ты, — выплюнул он слова на неё вместе со злостью. — Зачем ты нас сюда перетащила?
— Я хочу выпить и угостить тебя. Пойдём внутрь, а то дождь скоро снова начнётся, а я не хочу промокнуть.
Прежде, чем он успел сказать что-то вроде: «Ты хочешь — ты и иди» — она утянула его за капюшон внутрь, словно за поводок. В помещении с приглушённым светом, где пахло жирной едой и алкоголем, ругаться уже не хотелось, не хватало ещё своей перепалкой доставить неудобства другим. Они сели в самый угол в конце паба, где света было ещё меньше. Рона она усадила спиной к залу, из-за чего видеть он мог только её или кирпичную стену. Он скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. Ева, не обращая внимания на его открытый протест, подвинула ему пивную карту.
— Я стараюсь не пить.
— Врёшь, с парнями ты пил.
— Нет, я действительно стараюсь не пить. За всё это время я пил всего три раза в жизни, и два из них пришлись на эти несколько месяцев.
Он не врал. Второй раз он выпил сидр вместе со всеми, потому что был расстроен из-за того, что с ним произошло. Третий раз был недавно, и то, выпил лишь один стакан, после чего чувствовал себя просто ужасно. Если бы Уилл не принёс ему минеральной воды, он бы, наверное, умер прям там.
— А первый раз когда был?
— На выпускном. Можешь даже не спрашивать, я вообще ничего не помню.
Вот здесь он лукавил. Начало он помнил хорошо. Из-за этого на сердце вновь опустился тяжёлый камень. На выпускном он был с Грейс. Они пошли туда как друзья, конечно же, хотя изначально Рон приглашал другую девушку, новенькую, приехавшую к ним из другого штата в последний год обучения. Она ему, наверное, нравилась, иначе он бы её не позвал, но Тревор и его компания, никак не желая оставлять Рона в покое, что-то ей сказали, подговорили, из-за чего прямо за пару дней до выпускного она отказала ему. Идти одному или не приходить вовсе — означало признать поражение, и как хорошо, что Грейс так никто не пригласил. Или она всем отказала специально? Уже не важно, это было давно. Теперь уже всё не важно.
— К тому же, — он пододвинул к себе карту, тупо пялясь в неё, — я совсем в пиве не разбираюсь. Для меня названия — это просто названия.
— Тогда на мой вкус, — она поднялась и отправилась к бару, но остановилась на полпути и обернулась. — Только попробуй уйти.
Может, он и хотел бы уйти, только тогда ему пришлось бы добираться до Улья вплавь. С собой у него не было ни телефона, чтобы связаться с Нинке и попросить её забрать его отсюда, ни денег, чтобы арендовать лодку. И вообще, он ещё даже не принял душ и всё ещё был в спортивной одежде.