А ведь логика в его словах присутствует. Странно, что им буквально на блюдечке преподносят оборотня, вера в адекватность которого подкрепляется только словами и сомнительными тестами. Наступит первое полнолуние, и он им всем перегрызёт глотки.
— В ней что-то есть.
Феликс нахмурился, наклонил голову вбок, призывая продолжать. Уилл рассказал ему всё то, что рассказал на кухне Рону и Джо. Собеседник слушал его внимательно, пару раз затянувшись. Дослушав рассказ, он потушил сигарету о подошву тяжелого кожаного ботинка, а окурок оставил между пальцами, чтобы потом выбросить его. Уилл упомянул, кому ещё рассказал о своих догадках.
— И он что, решил мне не сообщать? — Феликс покачал головой, вздыхая. — Ну конечно, он просто хочет выйти на Жнецов.
— Ты про Джо? Зачем ему Жнецы?
— Отомстить. Во время первого Зова убили сестру Джо. Точнее, сначала он думал, что она тоже стала одной из них, пока на нас не вышел сбежавший Эван и не сообщил о том, что он с Эдой и ещё одним были на задании. Эван и Эда смогли чудом избежать Зова, но их приятель поддался и срезал ей голову. Мы нашли тело. Её прах похоронен здесь, во дворе капеллы.
Сглотнув, Уилл приложил пальцы к шее.
Охотники бьют либо в живот, либо сразу лишают головы.
— Как они смогли избежать Зова?
— Ну смотри, — Феликс сменил позу, поставил одну ногу на подиум и обхватил её рукой. — Зов был не один. Их даже не два. Было намного больше, а Эван из-за своей способности контролировать звук способен заглушить его. Я своими глазами видел, как его крутит во время Зова. Было очень жутко. Что же про Эду, ну она, как и брат, ингибитор, поэтому могла просто заблокировать.
— Что вообще такое Зов? Как это происходит?
Феликс закатил глаза. Снова вопросы, и отвечать предстояло ему.
— Про то, что Охотники пьют так называемую ацатеру, ты, наверное, слышал от матери. «Волшебный напиток», — он изобразил пальцами кавычки, — чтобы лучше работали органы чувств. Им подсыпали туда соль с Тейи на протяжении нескольких лет, и из-за этой смеси они теперь слишком легко поддаются внушению. Приказы передаются на определенной частоте, и слышат их только они из-за своих обостренных чувств.
— Эван до сих пор принимает ацатеру?
— Нет, но его до сих пор не отпускает. Он в Гнездо попал лет в двенадцать, и все остальные лет двенадцать пил эту херню каждый день.
Уилл помнил, что Гнездом называют огромный маяк на крошечном острове Ортак, недалеко от Нормандии. Именно там располагается база Охотников, основной военизированной силы колдунов, направленной на отлов забредших на Гею тварей или особо маргинальных колдунов. Недалеко, на таком же небольшом острове Ренонкет, располагается Двор — замок, в котором раньше проходило заседание Совета, главного руководящего органа магического сообщества Ла-Манша. Уилл не принадлежал к Ла-Маншу. Он даже к Новому свету, ассоциации Америки, не особо относился, хотя и числился как её резидент, но что-то о них обеих он всё равно знал.
— А что с Яслями? — вдруг пришла мысль Уиллу.
Ясли находились на острове Грасшем, у берегов Уэльса. Это школа для совсем маленьких колдунов, от пяти до десяти лет. Их сначала обучают пользоваться способностями, и только потом отправляют в обычный мир.
Постройки на островах скрыты от чужих глаз, случайный путешественник увидит лишь гнездящихся олушей, без приглашения внутрь не попасть.
— Этельберт, вроде, держит всё под контролем. К тому же, Жнецам дети не нужны, они абсолютно нормальные. Если хочешь подробнее — спроси у Иды, она его дочка. Только сам язык за зубами держи.
— Вы и ей не доверяете?
— Не совсем. Она работает с нами, помогает, отец даже за её помощь позволил иногда посещать Улей её брату, но попросил сильно перед ней не распространяться. Может быть, просто жалеет. У неё умерла мать, брат смертельно болен, стресса и так по жизни хватает.
Уилл сковырнул ногтем верхний слой дерева у лавки.