Что эти уроды с ней сделали? Зачем? Он найдет их и обязательно накажет. Заставит раскаяться в своих подлых деяниях. Ему всё равно, что его могут убить, задавив как назойливого жука. Его это не волновало.
— Роуэн, — позвал его мужчина в очках. Кажется, его зовут Ник. По крайней мере так он представился пару дней назад, а, может, Рон его с кем-то перепутал. Это не важно. Никто вокруг не важен. Только она.
Джо, подойдя к нему сзади, приложил ладонь на его лоб, сжал большим и указательным пальцем виски. Стало тяжело дышать, в ушах зазвенело.
— Прекрати, или я тебя вырублю, — низко произнёс он.
Прекратить что? Что он делал? Рон попытался обернуться на него, но держащая его рука не позволила. Связано ли это как-то с тем, что, как Роза пыталась ему объяснить, он может сжигать всё вокруг себя? Он поднял руки ладонями вверх и посмотрел на них. Нет, он ничего такого не пытался сделать.
— Джо, не надо. Всё хорошо. Кажется, он успокоился.
— Ему нужно найти кого-то, кто будет учить его, а не то он потом натворит дел, — Джо отпустил его голову и отошел вбок, встал рядом с Феликсом и посмотрел на него так, словно слова были адресованы ему. Феликс в ответ дёрнул плечом и что-то фыркнул.
Рон внимательно посмотрел на Ника. Ему нужны были подробности.
— Да, у неё в спине крылья, — наконец-то продолжил Ник, сняв очки и потирая стёкла. Голос его стал не таким нервным, монотонное действие отвлекало его от переживания. — Выглядит всё так, что она могла в целом потерять человеческий вид и стать, — он повернулся назад, пытаясь подобрать правильный термин, потом спросил у своей коллеги. — Кем, Аделаида? Мутантом? Химерой?
Аделаида вышла из-за ширмы, поправляя её за собой. Она, в отличии от Ника, не казалась настолько встревоженной, наоборот создавалось впечатление, что с подобным ей приходится работать каждый день.
— Химерой. Искусственной, конечно же. Кто-то намеренно внедрил в её организм чужеродные клетки, из-за чего начали развиваться неестественные для человеческого тела органы. Большинство остановили на этапе раннего формирования клеток, но крылья уже начали своё развитие, поэтому их рост остановить не получится. Можно дождаться, когда они полностью сформируются, организм привыкнет к ним, и тогда попробовать удалить их.
— И это ей не навредит? — спросил Уилл.
— Не должно. Для неё это рудимент, воспользоваться ими она не сможет в любом случае, поэтому удаление будет лучшим вариантом.
— А что должно было развиться у неё еще? — спросил Феликс. Ник и Аделаида переглянулись.
— Усики, хоботок. Возможно, видоизменилась бы грудь и внутренние органы.
Рона передёрнуло, а внутри всё похолодело, когда он это представил.
— То есть, — продолжил интересоваться Феликс, — из неё попытались сделать бабочку человеческих размеров? Больные ублюдки.
— Но кто? — спросил Уилл. — Жнецы или Драгуновы?
— Похоже, что Драгуновы действительно остановили мутацию. Выходит, что Жнецы, — подытожил Феликс. — Хотя как они могли это сделать? Они же занимаются подготовкой убийц, а не биологов с тягой к преобразованию мира. Да и зачем?
— А с чего ты взял, что это не Драгуновы? — резко спросил Джо. — Вполне в их стиле, они с человеческим телом экспериментируют уже несколько столетий, просто с собственных отпрысков перешли на чужих.
— Не знаю, — он беспечно пожал плечами, словно речь не шла о человеческой жизни. — Мне просто хочется верить во что-то хорошее, что у нас есть хоть какой-то союзник в этом сумасшедшем мире.
— Тогда ты херово разбираешься в людях, Феликс, — Джо скрестил руки на груди и посмотрел в пол, сдвинув брови.
Рон никаких выводов не делал. Ему было всё равно. Ему нужно было знать зачем это сделали, а не кто. Поиздеваться? Посмеяться над тем, что они ничего не могут сделать против?
Ник и Аделаида отправили их отдыхать. Рон порывался остаться с Грейс, но его сначала попытались убедить, что ей лучше отдохнуть в тишине, а потом и вовсе утащили из лазарета силой. Он почти не передвигал ногами, Феликс и Джо тащили его под руки, оставили за дверью в его комнате. Там он, уперевшись в закрытую дверь спиной, зажмурился и прижал ладони к лицу, всхлипнув. Слезы текли из-за гнева, бессилия, усталости, страха. Похолодевшие пальцы дрожали, тревога никак не унималась. Ему хотелось бежать, броситься в море, пуститься по волнам, но вместо этого он сидел в комнате, обхватив колени руками, и трясся, словно от холода.