Его рука коснулась её бедра, и она дернулась, но, похоже, он сделал это случайно, потому что почти сразу же забрал у неё корзинку, которую она прижимала к этому самому бедру, и предложил возвращаться, потому что уже начинало темнеть. Леа хотела бы побыть здесь ещё немного, но зато Камилла радостно захлопала в ладоши, когда услышала, что они наконец-то идут обратно. Когда они двинулись к Улью, Камилла снова начала задавать странные вопросы. На этот раз она, не стесняясь Эндрю, спросила, с кем бы Леа предпочла бы… ну… провести ночь. В действительности, в её интерпретации это прозвучало куда грубее. Леа категорически отказалась отвечать на этот вопрос, за что была прозвана трусливой курицей и вынуждена была слушать, как Камилла сама отвечала на свой вопрос. В её списке оказался даже Эндрю, на что он в шутливой форме поблагодарил её, хотя лучше бы просто промолчал. Кажется, она просто одержима этой темой.
Они вернулись в Улей, и Эндрю любезно сопроводил Лею до оранжереи. Там Хлоя уже приготовила несколько горшочных растений на выбор. Леа решила пока взять только одно, ведь боялась, что не справится. Она видела перед собой пять горшков с яркими цветами, но ничего не могла выбрать. Эндрю, стоявший до этого где-то позади, предложил дать ему возможность выбрать за неё, она согласилась, и он выбрал хризантему с жёлтыми цветами, которые, по его словам, напоминали ему о летнем солнце. Леа доверилась его выбору, взяла цветок и поблагодарила Хлою, пообещав заботиться о нём. К тому же, теперь этот цветок ассоциировался у неё с молодым человеком, который ей очень нравился.
Неделей позже Феликс попросил её позаниматься с ребятами растяжкой, чтобы улучшить их ловкость и координацию. Леа занималась с ними со всеми вместе, но быстро поняла, что для каждого нужен свой подход. Так, Феликс сам по себе был очень гибким и ловким, хорошо прыгал, обладал врожденной грацией, но длинные руки и ноги постоянно мешались ему. Он словно в какой-то момент забывал о том, какого он роста и размера, цеплялся обо все и бился. Из него вышел бы хороший танцор, но точно не циркач. У Уилла, наоборот, с координацией всё было прекрасно, у него также очень сильные руки, он мог выдержать всё своё тело на одной руке, но у него была абсолютно негибкая спина. Создавалось впечатление, словно он заглотил стальную трубу, и теперь она мешала ему согнуться. Хотя иногда же он сутулился, но специально почему-то выгнуться не мог. Рону повезло больше всех, он был более низкого роста, худощавый. Это играло ему на руку. Он хорошо сгибался, прыгал, взбирался по канату, крепко цепляясь ногами, но руки у него оказались слабоваты, хотя даже их он натренировал достаточно быстро, и уже скоро смог подтягиваться. В его движениях все ещё сохранялась неловкость, но он очень быстро овладевал собственным телом. Возможно, от физических тренировок ему просто становилось немного лучше, у него получалось отвлечься от того кошмара, что с ним произошел. С Леей он не общался, избегал её. С Ви было работать проще всего, во-первых, потому что она девушка, а во-вторых, она уже была достаточно хорошо натренирована. С Эндрю ситуация была хуже всего. Он был деревянным, зажатым, и Лее было проще пришить ему новые чужие связки, чем делать что-то с этими. Все его движения грубые, смазанные, его тело сопротивлялось любой возможности расслабиться.
Когда Леа в очередной раз попыталась помочь Эндрю растянуться, давя ему на спину, стоя сзади, он завернул руку за себя и обхватил её за лодыжку. Она испугалась, что сделала ему больно, убрала руки, но он её не отпустил, а даже наоборот, повернул голову и улыбнулся. Заметив, как она колеблется, он всё же убрал руку и предложил продолжить. Леа попросила его наклониться вперёд ещё раз, но на этот раз присела сбоку от него. Она хотела посмотреть, не сгибаются ли его колени при наклоне, но он вместо того, чтобы выполнять упражнение, дернулся к ней, приблизился к её уху и прошептал:
— А ты настоящая развратница, не так ли?
Его рука скользнула по её ноге, сжала за бедро, а дыхание обожгло шею и ухо. От его слов пустой желудок до боли скрутило. Кажется, её вот-вот стошнит. Она соскочила на ноги, чуть пошатнулась, развернулась и метнулась к лестнице, не оглядываясь. Кровь сначала отлила от лица, а затем щёки вспыхнули огнём. Она вступила на лестницу и услышала сначала удар, а потом сдавленное «Ой» от Эндрю. Леа обернулась, перед ней неожиданно возник Уилл, который своей спиной закрывал то, как Феликс ещё раз дал подзатыльник Эндрю, на этот раз куда сильнее, а затем что-то злобно ему шепнул.