–– И что это значит? –– спросила я, отказываясь делать выводы самостоятельно.
Я не хотела и не хочу выглядеть истеричкой, даже если я права. Я не хочу быть права, потому что это очередной писец вселенского масштаба.
–– Пока ничего. Вы помните, как его зовут? Подозреваю, своего номера он вам не оставил.
Проницательный адвокат оказался прав. Мне не дали ни листочка, ни картонки и даже не снабдили наущением «звоните 02». Ощущение глупости рядом с этим спокойным уверенным в себе мужиком усиливалось.
–– Майор полиции Хвостов Павел Петрович, – проговорила я, взявшись за ручку двери. –– Пресненский ОВД.
Как за спасительный круг, который удержит и унесет подальше, ей-Богу!
–– Интересно.
Глава 6.5
–– Скажите, что вам «интересно», – почти что взмолилась я, но взяла себя в руки.
Я отмахнулась от преследующей меня неуверенности, порядком устав от нее за этот день.
–– Пресненский ОВД не отвечает за территорию Пречистинки. Есть шанс, что майор оказался там случайно и помогает кому-то из своих коллег, а потому и не светит контактами. Но ведь удостоверение свое показал. К тому же, он стал задавать вопросы не с того конца и почему-то выделил именно этих двух персонажей, хотя, вы знали половину посетителей того кафе.
Адвокат закончил.
–– Вы не берите в голову пока. Я как только узнаю в чем дело обо всем расскажу вам.
–– Я собираюсь позвонить свекрови и сообщить ей о том, что ее сын попал в больницу, –– выдала я в ответ, высидев еще полминуты. –– Не хочу навещать его.
Адвокат совсем не удивился смены темы.
–– А до того, как она приедет? Вы собираетесь ухаживать за ним? Это пойдет вам в плюс –– судья, которую я хочу привлечь к рассмотрению нашего дела именно такая.
Некая Сумская Нина Павловна была женщиной правильного советского воспитания, в котором значились человечность, порядочность и совесть. От того многие правовики избегали работать с ней. С таким судьей мог налажать кто угодно и когда угодно.
–– Я уже сделала это, – откликнулась я, открывая дверцу. –– Анна Федоровна прилетит уже завтра.
Если нет, то я удивлюсь и так уж быть приду к Самойлову еще раз.
Свекровь вряд ли заставит ждать себя дольше, потому что она как всякая мать любит свое чадо даже если оно изрядно великовозрастное.
Вздохнув, я вышла из авто, махнула на прощание адвокату и набрала номер свекровушки. Она была хорошей женщиной. "Была" потому что я не знала какой она может стать, узнав про известие о разводе. Горький опыт подсказывал мне, что все изменится.
–– Алло. Анна Федоровна? Да-да.
Я не стала исправляться и звать ее мамой, как та попросила в несколько обиженном тоне.
– Не разбудила?
–– Ну какой там, Асенька! Только из сада вернулась! Яблоки собирала, да перерабатывала. Это на варенье, а эти на обрезку и на сушку.
–– Нужно, чтобы вы приехали.
Я перебила ее, по опыту зная, что она может говорить о новоприобретенном хозяйстве у моря бесконечно.
– Сережа попал в больницу. Ничего страшного. Он хочет видеть вас.
Несколько минут я отвечала на ее вопросы, потом вздохнула и повторила приезжайте, повесив трубку. Хамство? Определенно, такое поведение насторожит ее, и я уже завтра увижу ее в больнице.
Еще несколько минут я смотрела на окна семьи Воскресенских, вспомнив разговор с ментом, тревогу после и то чувство вины за то, что Ромку уволили из-за меня. Я знала что рано или поздно случится что-то такое и хотя, сейчас беспокоится было не из-за чего, я все же набрала в поисковике Тициан запрос на дом, где-нибудь под Нижним Новгородом.
СЕГОДНЯШНЯЯ СКИДКА