–– Работа есть работа –– криво улыбнулся Роман, – а что вы хотели?
Я хотела получить доступ к камерам в кабинете моего мужа.
Мне нужна была запись и нет, я не собиралась показывать ее кому-либо в суде. Это никому не нужно. Достаточно написать «не сошлись характерами» и этого более чем достаточно для нагруженного судебного делопроизводства.
Мне нужно было, чтобы показать ему, ткнуть как нашкодившего котенка, а потом разослать всем его друзьям. ВСЕМ.
–– Вы знаете, что я не могу сделать этого. Это подставит меня. Понимаете?
Ромка смотрел на меня пытливо и умоляюще одновременно. Уверенна, что он молился про себя.
И я услышала его, как бы не болело все внутри.
На самом деле, думать о чем-то другом, а не о голой жопе Оксаны было похоже на то, словно к ранке прикладывали крайне тонкий и, с точки зрения медицины, бесполезный бумажный пластырь. Он работал, но моментально промокал и потому буквально тут же требовался другой.
–– Значит надо найти того, кого не жалко. Ты не знаешь, где Анвер?
Анвер Хасамов –– начальник службы безопасности и никогда не нравился мне.
Он был бывшим силовиком и до встречи с Сережкой я не была знакома с ним. Но я навидалась таких как он в своем прошлом. Такие как он держали районы моего родного города, измывались над простыми людьми и пугали своими звериными повадками. Один Бог знает сколько людей перелатала я и мои коллеги после встречи с такими личностями.
Когда такие уходили из органов, то они продолжали отравлять жизнь людей в частных организациях, нашептывая руководителям варианты, как оптимизировать процесс за счет человеко-силы.
–– Он уже в здании.
–– У себя? –– поинтересовалась я, посмотрев на камеру на столе.
–– Я сейчас посмотрю.
От автора. От меня
Всем привет.
Сегодня у меня день рождения и я принимаю поздравления.
Глава 2 визуал
Оксана Меньшова секретарша с привелегиями
Глава 2.3
Роман Александрович пожал плечами, а потом просветлел. Он, имея такую же неприязнь к Анверу, кажется, понял, что можно сделать и как. Если Ромарио и правда айтишник от Бога, то есть совсем такой каким его презентовала Лика, то он сможет достать что прошу я, отбросив тень на того, кто привык извиваться и выкручиваться, еще лежа в яслях.
Господи! Да он знал об этом, а потому и вел себя так нагло и паскудно! Все бросал сальные взгляды и не боялся никого.
–– Мне нужна запись последнего часа. Пришлешь ее мне? А я пока поднимусь к себе.
У меня аж скулы свело от собственного голоса, напрочь лишенного эмоций. Какой же он, мать его, пидорас!
Я направилась прочь из кабинета, но обернулась на пороге.
В груди вновь похолодело –– сработал пластырь «подумай еще о чем-нибудь, Аська»
–– Когда все закончится, Сережа захочет избавиться от всего, что так или иначе напоминает обо мне и от людей тоже.
Ромка оторвал взгляд от компьютера. Осознание пришло к нему очень быстро. Умный парень – видно, как заработали платы в его мозгу. Наверняка, стал перебирать варианты и думать, что напишет в своем резюме.
–– А вы?
–– А я не уйду просто так и тоже не захочу иметь на местах тех, кого нанял он.
Я не работала на Сережку официально, но многие сделки прошли благодаря мне. Это я ставила капельницы, делала уколы, консультировала и выписывала рецепты его друзьям и партнерам, хотя стала ненавидеть свою профессию уже на четвертом курсе меда.