Глава 2
- Погибшего звали Миллер Виктор, студент-инженер. Из достаточно обеспеченной семьи. В правонарушениях замечен не был. Родители и знакомые дают только положительную характеристику. Добрый, умный и очень набожный, - пояснил Виталий, стоило Даше сесть в машину.
- Девушка? – спросила она.
- Вроде нет. Почему спрашиваешь? – уточнил капитан, сворачивая на трассу, ведущую из города. Лаборатория находилась на окраине.
- Символика в пентаграмме схожа с ритуалом, в котором возлюбленный преподносит своей второй половинке дары. Часто используют животных.
- Тогда получается он стал жертвой чьих-то отношений? – удивился помощник, листая в телефоне результаты расследования. – Но данное высказывание не вяжется с результатами экспертизы судмедэксперта. Полчаса назад прислали, - ответил он на немой вопрос начальника. – Так вот. Судя по глубине, углу наклона раны, погибший с большой долей вероятности совершил самоубийство ножом, что мы нашли на месте преступления.
- По-моему, очень даже вяжется, - девушка придвинулась поближе, - если сущность может влиять на сознание человека, то ей под силу провернуть подобный фокус.
- Слабо верится, - поморщился Степан.
- Ну-ну. Кстати, куда мы едем?
- Мы изучили банковские счета погибшего и выяснили, что накануне убийства на аукционе древностей он выкупил крест за кругленькую сумму. Но уже на следующий день, примерно за час до смерти, перепродал его и отправил с курьером прошлому владельцу, - пояснил Виталий, - к нему то мы и направляемся.
- Думаете источник?
- Это ты мне скажешь, когда прибудем на место, - ответил капитан, выезжая на скоростную полосу и обгоняя длинную фуру, что везла прицеп, заполненный необработанными стволами сосны.
К полудню троица припарковалась возле новенького двухэтажного дома с окнами в пол и крытой террасой. За зданием хорошо следили, дорожки мыли, газон подстригали, даже жёлтой листвы на земле практически не осталось, хотя деревьев на территории было предостаточно. Даша выбралась наружу, захлопнула дверь, осматривая пространство вокруг и неожиданно натыкаясь на до боли знакомый тёмно-синий фургон без единого опознавательного знака.
- Что такое? – спросил капитан, отслеживая взгляд замершей девушки. Ему не понравилась тёплые искорки, пробежавшие по её глазам и едва дёрнувшийся мускул на щеке, намекая на улыбку. – Знакомые?
- Да. Работали вместе, - Дарья повернулась к другу, - идём в дом?
- Пошли.
Капитан вырвался вперёд, краем глаза наблюдая за медиумом, но больше она себе не позволила слабость, надевая маску спокойствия. Степан позвонил в звонок, потом снова, и только через несколько минут мучительного ожидания послышались быстрые шаги и дверь распахнулась, являя незваным гостям заспанного вида профессора Петра Михайловича.
- Здрасти, - зевнул мужчина, - вам кого?
- Привет, - Даша выглянула из-за спины капитана, - можно для начала и тебя.
- Привет, - охотник расплылся в счастливой улыбке, заметив девушку, - не ожидал тебя в ближайшее время встретить. Заходите.
Пётр пропустил их внутрь, галантно помог Даше снять пальто и провёл в гостиную, где за журнальным столиком сидел Гриша вместе с незнакомым молодым человеком с кудрявым русым каре и милыми юношескими веснушками.
- Доброго дня, - первым взял слово Степан, - я – следователь по уголовным делам капитан Кудашев Степан Ярославович. Мне нужно поговорить с Эйлих Аделаидой Эдуардовной. Она здесь проживает?
- Да, - ответил кудрявый паренёк, - это моя бабушка. Меня зовут Евгений, - он пригласил всех присесть. – Она себя последнее время плохо чувствует, поэтому поговорите сначала со мной. Может я смогу вам чем-нибудь помочь?
- Что у вас стряслось? – Даша напрямую посмотрела на стоящего рядом профессора, который всеми силами продолжал бороться со сном, видимо, дежурил прошлой ночью.
Пётр принялся рассказывать о новом деле. Три дня назад в офис агентства «Гость» пришёл встревоженный Евгений. Парень жутко беспокоился за свою бабушку, которая в последние дни странно себя вела. Ходила во сне, превратилась в фанатичную католичку, но в то же время приобщилась к местной организации, поклоняющейся другому Богу. Наваждения старушки находили приступами, во время которых она не узнавала родных и неустанно звала некоего Славу. Но никого знакомого по имени Слава Евгений не знал. На следующий день Пётр с Григорием приехали в дом, где проживала бабушка с внуком, и принялись за расследование. Расставили камеры, термографы и всё остальное оборудование и ждали первых следов активности. И вот, вчера в первой половине дня произошёл скачок. Температура в комнате Аделаиды резко упала до минусового значения, по камерам пошла рябь, а на термографе удалось зафиксировать размытый силуэт холодного спектра. С того момента больше ничего не происходило, а бабуля проводила большую часть времени в своей комнате.