– Ты новенький? Из Гнезда? – спросила одна из девушек. Слишком ангельская внешность, чтобы можно было представить её в подобном месте: яркие бирюзовые глаза, пушистые ресницы, длинные золотистые волосы, собранные в две косички, лицо с миловидными чертами, а на лице расплылась обольстительная улыбка. Он как-то засмотрелся на неё, быстро опустил взгляд и увидел красную повязку на её руке, которая буквально кричала о том, что с ним сейчас разговаривал командир отряда. Командиром она стала всего несколько дней назад, до этого девятым отрядом управляла другая женщина, старше. Кажется, та женщина травмировалась и была вынуждена покинуть лагерь на том же транспорте, на котором прибыли они. В ответ на её вопрос он кивнул. – Имя?
Имя?
– Александр Кориолис, – очень тихо и медленно выдавил из себя он. Ему нужно было следить за собой, чтобы случайно не выдать свой акцент. Проще было не разговаривать вовсе. Волосы можно перекрасить, а вот с речью было куда сложнее.
– Где твоя нашивка?
– Ещё не выдали. К вечеру.
Он перевёл взгляд с красной повязки на голубую нашивку на её груди. Она гласила: Драгунова, Е. Кажется, это русская фамилия, что неудивительно, ведь в лагере находились люди не только из Канала. То есть… Ла-Манша. Он оглядел остальных. Весь отряд состоял из людей его возраста, если, конечно, учесть, что ему пришлось прибавить к своему настоящему пару лет. Высокий рост, постоянно хмурое лицо, окрашенные в тёмный волосы и поддельные документы помогли ему сойти за двадцатитрёхлетнего.
Она спросила его о способности. Пришлось соврать, что у него её нет из-за вырождения, но зато его тело может очень быстро адаптироваться к окружающей среде, а в Гнезде он прошёл полную подготовку Охотника. То, что на это ушло две недели, он не уточнил. Всё равно, чтобы об этом узнать, придётся много спрашивать, а он вряд ли будет настолько кому-то интересен. Его главная задача – не выделяться. Он здесь, можно сказать, по собственной прихоти, а потому никому не будет доставлять проблем.
Первые пару дней его командир давала ему задания по типу: убери снег, проверь обогреватель, принеси то, унеси это. Он не обижался и спокойно исполнял приказы. Ему и отряду просто нужно было время, чтобы привыкнуть друг к другу, а девушке ещё и освоиться на новой должности. Остальные, по привычке, называли её Лина, а не «младший лейтенант Драгунова», она мягко поправляла их, предупреждая, что так обращаться к ней при старшем офицерском составе не стоит. Они все были друзьями, выходцами из одного корпуса, принадлежали к SOKOL (что было сокращением от «Союз колдунов»), и очень часто при нём разговаривали на русском, которого он совсем не понимал. Не похоже, что они ему не доверяли – скорее, просто привыкли общаться на родном, и переходить на английский ради новенького не хотели. Когда он слышал незнакомую речь, то просто собирался и выходил из шатра, бродил неподалёку, опустив голову.
Их задачей было исследовать Вуаль, поэтому полевой лагерь был установлен совсем рядом с её наименьшей плотностью. Каждый здесь был не просто солдатом, но и исследователем по совместительству.
К девятому отряду он привык на самом деле достаточно быстро, как и они к нему, и при нём всё чаще начинали разговаривать на английском, чтобы он тоже мог внедриться в разговор. Может быть всё это потому, что они были одного возраста и пытались дружить, а не вставляли палки в колёса друг другу, как это делали их более старшие товарищи.
Соколы и Канал не ладили, а Феноскандия, как всегда, оставалась в стороне.
Не Канал. Ла-Манш. Нужно было привыкнуть, если он не хотел выдать себя.
Лина, свыкнувшись со своей должностью, стала неплохим командиром – на неё можно было положиться, когда они уезжали далеко от лагеря в степь и проводили там по несколько недель. Ни разу не произошло чего-то непредвиденного, из-за чего стоило бы волноваться, но при этом само исследование шло вяло.
Так было у всех: Вуаль не поддавалась, оставалась неприступной.
В полевом лагере ему повезло делить двухместную палатку вместе со снабженцем из Феноскандии, который очень часто пропадал на выездах, из-за чего мало того, что он оставался один и, наконец, мог выспаться, так ещё и не стоило беспокоиться о том, что корни волос отрастут, и их кто-то увидит, так как его новый друг каждый раз привозил несколько упаковок тёмной краски и линзы для заклинателей, тайно передавал ему. Он ничего не спрашивал. Ему, скорее всего, даже не было интересно, почему его сосед так тщательно следит за своими волосами и пытается спрятать глаза. Конечно, в том, что кто-то узнает, что волосы крашеные, не было ничего плохого, но лучше не привлекать к себе внимание лишний раз. С линзами же стоило быть куда осторожнее. Если всплывёт тот факт, что он скрывает свою способность, то его начнут проверять – и тогда всё узнают.