Вода вытекла прямо из-под двери Евы. Она была слишком тёмной и густой для обычной проточной. Что-то подобное Рон уже видел. Он попытался открыть дверь: дёрнул ручку и потянул на себя, но она оказалась заперта. Со всей силы ударил плечом – не поддалась. Попытался позвать Еву – тишина.
Ви предложила выломать дверь, так как ключа от этой двери у неё не было. Он мысленно извинился перед руководством, прижал ладонь к замку и прикрыл глаза. Даже зажмуривание глаз не помогло – под веками вспыхнула яркая вспышка. Он рефлекторно дёрнул головой, пытаясь прикрыться от неё, но это было бесполезно. Когда он открыл глаза, яркое красновато-белое пятно плясало перед взором. Начало пахнуть горелой древесиной. Рон не знал, когда именно ему стоит остановиться: ведь замок из какого-то металла, и для того, чтобы его расплавить, нужно определённо очень много времени и очень высокая температура. Быстрее будет сжечь дверь. Или, действительно, просто выбить. Двери он никогда не выбивал, и для него это будет впервые. Он отошёл от двери на шаг. Если за дверью – толща воды, то ему не открыть её так просто.
– Помочь? – спросила Ви. Рон покачал головой. – Тогда бей – вот сюда. Рядом с замком.
Он упёрся ногами в пол, чуть отклонился назад и, перенося в ногу все силы, с размахом пнул дверь, целясь рядом с ручкой. Они услышали хруст – дверь накренилась, и из образовавшейся щели между дверью и косяком хлынула вода. Он пнул дверь ещё раз – разрушенная под воздействием температуры древесина возле замка поддалась и разломилась. Рон с силой раскрыл дверь на себя, и вода вытекла из комнаты в коридор.
Они смогли попасть в комнату. Вода текла из приоткрытой в ванну двери. Ви устремилась вперёд; Рон сначала застыл на секунду, готовясь к худшему, а затем вошёл следом за ней.
Ева лежала в ванне лицом вниз, в одежде; кран был включён. Вода из него шла обычная, прозрачная, но уже из ванны вытекала жидкость, очень напоминающая по виду масло или нефть. Ви попыталась достать девушку, но за неё словно кто-то вцепился и не отпускал. Рон подошёл ближе, помог Ви вытащить её. Жидкость тянулась за Евой словно липкая паутина. На её шее он разглядел яркие отметины от чьих-то пальцев.
Хотя… почему “чьих-то”? Он прекрасно понимал, кому они принадлежат.
Значит, она не бесплотна и вполне может взаимодействовать не только с предметами, но и с людьми. Вариант, что Ава – близняшка Евы – была эфемерным призраком, тут же отпал.
Рон и Ви потянули её к себе оба упали на пол, но им удалось вытащить её оттуда, повалив на себя. Из глаз Евы текли чёрные слёзы; такая же чёрная жидкость вытекала из её рта, носа и ушей. Её дыхание было очень слабым, на каждый вдох лёгкие отзывались хрипом. Руки и ноги больше походили на верёвки, безвольно упавшие на пол. Рон стянул с себя ветровку, завернул в неё Еву и попытался поднять на руки, но она отозвалась новым хрипом, дышать ей стало ещё тяжелее. Он испугался, сел, положив её обратно, и поднял взгляд на Ви. Наверное, он сейчас выглядел ужасно испуганным, из-за чего девушка тут же посмотрела на него с жалостью, но она хотя бы не растерялась. Ви наклонила её вперёд, сунула два пальца ей в рот и заставила Еву вытошнить всю проглоченную жидкость. Маленькое слабое тело скрутило пополам, пока её тошнило. Она пыталась вдохнуть в промежутках, но рвота снова подступала. Рон всё это время держал её за плечи, не давая завалиться вперёд.
Ева начала закашливаться. Рон ощущал к ней только горькое сочувствие и непомерную жалость. Сейчас она хотя бы жива, но ей нужна помощь. Они вместе с Ви подняли её, однако та совсем не могла удержаться на ногах, хрипела на каждое движение и тут же срывалась на приступ кашля. Переглядываясь, они решили, что лучше будет, если понесёт её Рон. Он поднял её на руки, и Еву снова скрутило от невыносимой боли.
– Пожалуйста, просто потерпи, – умолял он её.
Он отнёс её в лазарет. Ви открывала двери перед ним, чтобы не терять ни секунды. Они ворвались туда так стремительно, что едва не столкнулись с Аделаидой. Она растерялась, увидев Еву и, пытаясь взять паузу на то, чтобы подумать, указала Рону на ближайшую койку. Рон положил Еву на кровать, а Ви повернула её на бок - на случай, если её снова начнёт тошнить, чтобы она хотя бы не задохнулась; стёрла краем простыни тёмные подтёки с её лица. Они хотели остаться, но Аделаида прогнала их за ширму и велела позвать Ника, который занимался чем-то в другом кабинете. Когда Ник ушёл за ширму к Еве и Аделаиде, Рон услышал, как тот очень тихо выругался. Рону и самому хотелось закричать. Он вцепился ногтями в кожу на предплечьях и вонзил их так сильно, как только мог, потянул руку наверх, оставляя красные полосы. Ви, стоявшая рядом, перехватила его за запястье и, посмотрев прямо в глаза, покачала головой.