Разве он так много просит?
Леа переминалась с ноги на ногу, но не сводила с него взгляд, всё так же крепко держа горшок. Искала ли она тоже тем для продолжения разговора или придумывала причину, чтобы поскорее выпроводить гостя?
– Ты….
– У тебя…
Они заговорили одновременно – и так же оба замолчали.
– Ты первая.
– Спасибо, – она улыбнулась. – У тебя есть какие-нибудь планы перед Рождеством? Феликс попросил меня заняться оформлением зала и сказал, что поищет кого-нибудь ещё в помощники. Думала, может, ты согласишься?
Как бы ему не хотелось согласиться, но у него совсем не было времени.
– Прости, я не смогу. Только если совсем перед Рождеством. Если ты согласна на это, то я не против помочь.
Один зал, а не весь Улей. Естественно, ей не понадобится целый месяц, чтобы украсить его. Пару дней вполне хватит. Она спрашивает только чтобы удостовериться, сможет ли он. Это же так очевидно.
Иногда он ведёт себя так, словно у него вместо мозгов – вата.
Леа шире улыбнулась, и Уилл понял, что ему следует сбежать прежде, чем он совершит какую-нибудь глупость. Он попрощался с ней и, хотя она попыталась остановить его, пожелал хорошего дня и вышел из комнаты; начал чесать лоб, хотя больше желал разбить его об стену. Одна из причин «почему» – самая шумная – как раз поднималась по лестнице, когда он шёл к себе.
Эндрю, заметив Уилла, тут же ускорился и поднялся быстрее, по-дружески хлопнул его по плечу. Рон, который поднимался следом за ним, ужасно удивился этому жесту. Уилл тоже.
– Как я рад тебя видеть! – он говорил нарочито громко, словно хотел, чтобы это услышали вообще все на острове, даже птицы. Уилл смахнул его руку, но сдержал раздражение в себе. – Думал, ты вернёшься позже.
Уилл напомил себе об их перемирие и засунул сарказм поглубже.
Рон поднялся на этаж и обвёл их взглядом, полным непонимания.
– Почему вы все так хотите от меня избавиться?
– Да не хотим мы, – он прошёл вперёд. – Приходи сегодня вечером на общую тренировку, – бросил он через плечо и скрылся.
Рон подошёл ближе.
– И давно вы так близки?
– У нас перемирие, – поспешил объяснить Уилл. – Он мне по-прежнему не нравится, но теперь я не показываю это так явно. А ему, похоже, нравится липнуть ко мне.
Рон поджал губы и посмотрел вглубь коридора. Уилл опустил на него взгляд, пытаясь решить, стоит ли ему рассказывать о других химерах. Не уничтожит ли он и без того неустойчивый рассудок? А кому рассказать тогда? Джо? Да он едва ли держится, чтобы снова не начать пить. Похоже, пока что придётся разбираться самому.
Вечером он пришёл на общую тренировку, но так и не смог сосредоточиться: пропустил несколько ударов от Эвана, а от последнего и вовсе чуть не задохнулся, схватившись за диафрагму. Он отошёл на несколько шагов и согнулся, сделал судорожный вдох.
– Ты в порядке? – поинтересовался Эван.
– Ты мне ребро сломал, – прохрипел Уилл. – Хоть бы бил понарошку.
– Правда? – он поддержал его под руку и помог присесть. – Прости. Но ты будь внимательнее, иначе как я вас научу? К тому же, не преувеличивай – не мог я так просто тебе кости сломать. Они же у тебя не из бумаги.
Он поморщился и потёр ушиб. Да, здорово, конечно, что он так беспокоится о них… Но такими темпами Эван, скорее, их сам убьёт.
– Да не сломал ты, но это не значит, что мне не больно. Хотя… чуть сильнее – и точно сломал бы. Ты должен лучше меня знать, что у оборотней кости достаточно ломкие.
– То-очно, – протянул он и отвёл взгляд. – Об этом я как-то забыл. Так уж вышло, что в область моего изучения такие, как ты, не входили.
– А кто входил?
Эван повернул голову и посмотрел на Эндрю, которого двадцать минут назад отправил заниматься на перекладины, чтобы с Уиллом они не пересекались. Каждый раз, когда они оказывались вместе на поле, он намеренно разводил их по углам, опасаясь ссоры. Ви, Джо и Рон уже давно ушли, а они остались, чтобы получить дополнительную нагрузку. Только спустя мгновенье Уилл понял, что он взглянул на Эндрю не просто так.
Тейанцы.
– И, если не секрет, – неуверенно продолжил тему Уилл, – что у них за слабость?