***
Если ароматы зелья и кошачьей мочи я еще терпела, то вонь вареной шерсти выбил меня из колеи. Пока я обнималась с унитазом, родственники проветривали квартиру. И подъезд.
Долго проветривали. До утра.
9 июня. Пятница.
Я заявилась в офис с гордо поднятой головой, и крепко сжимая в руках банку с зельем. Петя банку увидел и профессионально растворился среди бумаг и столов. Пришлось сменить тактику с «загона» на «засаду» и занять оборону в мужском туалете.
Баба Даша пока туалет мыла, меня в кабинке засекла. Но Пете не выдала. Только сказала странное:
– Увидеть хотишь? Понимаю. Я тоже свово мужа сначала узрела и токмо потом замуж согласилася. Все они больши-ими красавцами себя называють, пока штаны не сымуть.
Спасибо, баба Даша.
***
Петя пришел после обеда. Когда дверь захлопнулась, и я задвинула щеколду, Петины глаза стали добрыми-добрыми и совсем круглыми.
Я поборола стыд, заученно проорала заклинание в вытянувшееся от удивления лицо Пети и молча вылила зелье на каштановую макушку.
Ничего не произошло.
Петя ничего не сказал, вытер лицо, стянул с себя мокрую рубаху и прошел мимо меня к своему столу.
Так я узнала две вещи:
А) мальчики хранят в ящиках сменные рубашки.
Б) Петя очень культурный.
***
Офис сошел с ума. Девчонки охали и таращились на полуголого накаченного бухгалтера, невозмутимо переодевающегося прямо у принтера. Баба Даша хихикала.
Марь Иванна позвала меня к себе в кабинет и нравоучительно заявила, что раздеть Петю хотели все и я, конечно, большая молодец, что додумалась устроить им такой стриптиз, но границы надо знать, иначе – увольнение.
Жаль. Хороший получился бы фамильяр!
10 июня. Суббота.
Дома все плохо. Родственники разъехались, а те, что остались, драят квартиру после тех, кто уехал. И те и другие считают меня белбесиной.
Дед и папа изгнаны на балкон. Во-первых, чтобы проветриться после трех дней гаражного веселья. Во-вторых, в наказание за то самое веселье. Судя по хитрым лицам и тихому звону стекла с балкона, они наказанием это не считали. Сдавать их не стала.
Лысый Барсик лежал на батарее, изображая плешивый гамак, грелся и дулся. Судя по глазам, обдумывал план мести.
Прапрабабуля, прабабуля и бабуля, отсидев положенный срок за хулиганство, тоже уехали в деревню, оставив мне в подарок старую тряпку от швабры, подобранную там же, в участке. Видимо, приняли ее за забытый кем-то парик.
Наверно, ведьма из меня будет крайне никудышная!
11 июня. Воскресенье.
Ой, что было!!! Петя пришел ко мне домой. Родственники попрятались в зале и подглядывали за нами в щелочку. А так как родственников у меня много, щелочка понадобилась большая. Примерно размером с распахнутую дверь.
Петю это не смутило. Он сказал, что любит меня еще с колледжа и много раз хотел заговорить со мной в офисе, но не знал как подойти. И если мне так хотелось его внимания, то нужно было просто позвать его на кофе, а не пытаться приворожить.
Я естественно похлопала ресницами и клятвенно заверила парня, что не колдовала, а просто немножко сошла с ума. На что Петя ответил, что он потомственный ведьмак и всегда знает, когда рядом ведьма. Тем более такая красивая и опасная.
Так-то!
Напоминание: заменить все тапочки в доме. Воняют.
20 июля. Четверг.
Я переехала жить к Пете. С котом. Родственники предупредили, что не пустят меня на Шабаш, если я не заберу это пахучее исчадие ада из их дома.
У Пети фамильяр оказался крысой. Тогда я впервые увидела, как Барсик улыбается. Стало дурно. Но Петя сказал, что переживать не стоит, ибо его крыс владеет навыками самообороны.
Ну-ну…
Конец.
Конец