— Ещё бы! Так это ты та самая девушка, что зацепила взгляд Сойера?
Я оборачиваюсь и вижу, как в комнату входит миниатюрная рыжеволосая женщина. Она держит раскрытый ноутбук на согнутой руке и носит один из тех толстых ободков, которые на мне смотрелись бы нелепо, но на ней выглядят чертовски мило. Ободок идеально сочетается с её красными замшевыми сапогами, украшенными пушистой полоской перьев сбоку.
— Я Уилер, — улыбается она, протягивая руку. — Деловой партнер Молли и её настоящая родственная душа. Только Кэшу не говори. — Она пересекает комнату и пожимает мне руку. — Про тебя я уже столько всего слышала, Ава.
— Правда? — смеюсь я, чувствуя, как лицо заливается жаром. Значит, Сойер говорил обо мне? И Салли тоже? Это льстит мне гораздо больше, чем должно бы. — Очень приятно познакомиться, Уилер.
— Вообще-то это даже мило — насколько сильно Сойер от тебя без ума, — она ставит ноутбук на столик. — Он так чертовски взволнован вашей встречей, что не может об этом молчать.
Молли смеется и качает головой.
— Он хочет, чтобы всё было идеально. Надеюсь, у вас будет потрясающий вечер.
— И надеюсь, что вы там хорошенько постучите сапожками, — добавляет Уилер. — Причём в наших сапогах. Какие тебе нравятся?
— Все, — вздыхаю я, кладя руку на миндалевидный носок пары из слоновой кости. — Я влюбилась в эти. Это странно, если я скажу, что влюбилась и в вас тоже?
Но вот в Сойера я точно не влюблена. Мне он, конечно, нравится. Очень. И это уже само по себе пугает. Стоит только задуматься о чём-то большем — и внутри всё кувыркается так, как при неожиданной турбулентности в самолёте.
Но пока всё, что происходит между нами, — это чистое удовольствие. И как не наслаждаться тем, что он даёт мне свободу быть самой собой?
Чем больше я об этом думаю, тем яснее понимаю: с Дэном у меня никогда не было так весело. Он никогда не принимал мою свободную натуру так, как делает Сойер.
Уилер обхватывает меня под руку.
— С тем, как ты зажгла Сойера, мы все тут немножко в тебя влюблены.
У меня замирает сердце.
— А он разве раньше не светился?
— Элла всегда зажигает его, — объясняет Молли. — Но, насколько я знаю, а я здесь относительно недавно, Сойеру досталось тяжелее всех. Кэш говорит, он тяжелее всех пережил смерть родителей. Он всегда ставил других на первое место. Я рада, что теперь, когда рядом ты, он меняет это. Он стал...
— Более расслабленным, — вставляет Уилер. — Меньше тревожится.
У меня внутри расцветает тепло. Даже если я не уверена, что заслуживаю такие слова. Разве он не ставит меня на первое место, когда мы вместе? Я стараюсь отвечать ему тем же, но его желание заботиться обо мне такое всепоглощающее, что справиться с этим не всегда просто.
Бедный мой сладкий, чертовски сексуальный ковбой.
Я устрою тебе лучший вечер в жизни в субботу.
— Спасибо вам за эти слова, — улыбаюсь я. — Вы умеете заставить девушку почувствовать себя особенной.
Уилер указывает на стену с сапогами.
— Это наша работа. Ну что, Ава, расскажи, какой образ ты хочешь для субботнего вечера?
— Ооо, будет весело! — хлопает в ладоши Молли. — Но я не хочу выдать все секреты...
— Значит, ты знаешь, что он задумал, — говорю я, ещё больше заливаясь румянцем. Убью же я этого мужчину.
А потом зацелую его до потери сознания.
— Знаю. Он попросил у меня помощи... скажем так, кое в чём, где я эксперт.
Уилер пожимает плечами.
— Говорила же — он хочет, чтобы всё было идеально.
Сердце у меня теперь где-то в горле. Он действительно вложил в это свидание массу сил. Массу.
Часть меня хочет сбежать куда подальше.
Сойер не играет в полумеры. Он действительно ко мне привязался.
Но если быть честной... я тоже привязалась к нему.
Как тут не привязаться? За короткое время мы прошли через многое.
И это даже пугает.
Я уже чувствую эту нежность внутри. Я уже мечтаю увидеть его снова. Сегодня утром, когда мы столкнулись на входе в садик, я не могла перестать улыбаться после его невинной на первый взгляд, но чертовски пошлой шутки про то, что его кофе сегодня не такой вкусный, как в прошлый раз.
Если он теперь исчезнет — мне будет больно. Если он когда-нибудь разочарует меня — если, скажем, вдруг решит, что ему не по душе моя дикая сторона — это разорвёт меня на куски.
Теперь я отвечаю не только за себя. Есть ещё Джуни. И Элла. У нас с Сойером нет права развалиться, когда, а не если, что-то пойдет не так.
Но, Господи, как же здорово снова испытывать такое предвкушение перед свиданием.