«Вешалки?» – Тамао казалась озадаченной.
«Да, ты знаешь: длинные вешалки для одежды, которые они используют для кимоно. Есть разные виды, но у меня дома были бамбуковые шесты длиной примерно с твою руку, с крючком наверху. В любом случае, когда я просыпался ночью и видел одну из этих вешалок в углу коридора, это пугало меня до полусмерти. Понимаете, я верил, что вешалки могут двигаться сами по себе. И я был убежден, что очень поздно ночью они слезут со стены и будут гоняться за детьми вроде меня, пытаясь ударить их по голове!»
«Ты, должно быть, шутишь», – сказала Мисао со смешком.
«Нет, это абсолютная правда. Как иногда бывает, когда ребенок встает посреди ночи, чтобы сходить в туалет, верно? Именно тогда я видел вешалки в прихожей и был уверен, что они вот-вот оживут. Казалось, что они даже излучают какое-то неземное сияние. Я так окаменел, что смогла бы добраться до туалета, только если бы закрыл глаза и пробежал мимо вешалок так быстро, как только могли нести меня ноги».
«А вешалки побежали за тобой, папа?» – спросил Тамао с совершенно невозмутимым лицом. Рассмеявшись, Теппей покачал головой.
«Нет, они никогда не гнались за мной, ни разу, – сказал он. – Но это не мешало мне думать, что они собирались делать это каждый раз».
У Мисао было ужасное предчувствие, что отныне Тамао будет добавлять истории о том, как ее преследовали демонические вешалки для одежды, в свой текущий репертуар историй о болтливой птичке, которая регулярно возвращалась из мертвых, поэтому она решительно сказала:
«Когда папа подумал, что вешалки могут погнаться за ним, это все было в его воображении. Вешалка – это просто вешалка. Никто из них не мог даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы преследовать кого-либо. Ты понимаешь, Тамао?»
«Да», – сказала Тамао, качая головой.
«Правда в том, что в детстве я был огромным пугалом, – сказал Теппей, поворачиваясь к Мисао. – Люди с очень активным воображением, как правило, легко пугаются. Если вы дадите волю своему воображению повсюду, вы можете в конечном итоге погрузиться в царство воображения. Конечно, в фантастическом подходе к жизни есть некоторые опасности, но это также может быть очень увлекательно – если вы не возражаете против случайных кошмаров! Я думаю, именно поэтому я оказался таким великолепным креативным копирайтером, если можно так выразиться. Я заметил, что люди, которые не выросли в богатой фантазиями жизни, похоже, никогда не преуспевают в моей работе, как бы они ни старались».
«Нет, я все понимаю, – рассмеялась Мисао, нежно обнимая мужа за плечи. – Это была очень убедительная речь. Ты так хорош в такого рода объяснениях – я действительно думаю, что ты мог бы выступить на образовательном телевидении и читать лекции. Серьезно, ты прирожденный лектор!»
Теппей улыбнулся и ласково похлопал Мисао по руке.
«Ну что ж, – сказал он, вставая с дивана, – может, приступим к подготовке к пикнику? Я бы хотел отправиться в путь, пока солнце еще высоко, чтобы мы могли вернуться к раннему вечеру».
Лицо Тамао озарилось любопытством:
«Пикник? Куда мы идем?»
«Мы собираемся навестить могилу, а потом поедим рисовых шариков на соседнем лугу», – сказал Теппей.
«Чья могила?» – спросила Тамао.
Без малейшего колебания Теппей спокойно ответил:
«Это мой друг – тот, с кем я был близок давным-давно».
Говоря это, он поймал взгляд Мисао и заговорщически подмигнул ей. Мисао кивнула. Когда мгновение спустя ее взгляд вернулся к телевизору, она увидела, что тень, казалось, снова появилась в одном углу экрана, хотя телевизор был выключен. Она закрыла глаза и сказала себе: Это просто помешательство. Однако она действительно беспокоилась о Тамао с ее безумными историями о разговоре с мертвой птицей. Она снова задалась вопросом, не повлиял ли каким-то образом переезд и последующая смерть ее питомца на нежную нервную систему Тамао.
«Тогда все в порядке, – радостно сказала Мисао. – Думаю, мне лучше пойти и приготовить рисовые шарики прямо сейчас».
Направляясь на кухню, она услышала рычание Куки. Оглянувшись, Мисао увидела собаку, присевшую на корточки перед пустым экраном телевизора, выгнув спину, как разъяренная кошка.
«Печенье? – позвала Мисао. Собака повернулась и посмотрела на нее, затем коротко взвизгнула и снова уставилась в экран телевизора, словно загипнотизированная. – Куки, иди сюда прямо сейчас», – приказала Мисао. Ее тон прозвучал резче, чем она намеревалась, и Куки в ответ покаянно проскользнула на кухню, слабо виляя хвостом.
Мисао опустилась на колени и взяла Куки на руки.
«Все в порядке, девочка, – прошептала она в бархатистое ушко. – Все в порядке. Все должно быть хорошо».