«Милый? – позвала Мисао, выходя из кухни, и Теппей в ответ опустил газету. Тамао все еще сидела на диване, закинув ногу на ногу, и смотрела мультфильм по телевизору. Не сводя материнского взгляда с Тамао, Мисао подошла к тому месту, где сидел Теппей.
«Послушай, – тихо сказала она, – тебе не кажется, что нам следует заглянуть к мистеру Седзи, поблагодарить и сообщить ему, как дела у Тамао?»
Ее тон звучал слегка раздраженно или, в лучшем случае, по-деловому. Теппей подумал, что это, вероятно, просто потому, что она устала.
«Ты действительно думаешь, что это необходимо? – спросил он. – Кроме того, он, наверное, уже уехал».
«Нет, он определенно все еще здесь. Сегодня днем я была на балконе и видела, как он выходил. Я не сталкивалась с ним со дня происшествия, и меня беспокоит, что мы хотя бы не спустились вниз, чтобы засвидетельствовать свое почтение».
«„Засвидетельствовать наше почтение“? Что мы могли бы ему сказать? Я имею в виду, ты предлагаешь, чтобы мы зашли и сказали что-то вроде: „Большое тебе спасибо за то, что ты волшебным образом заставил лифт двигаться на днях“? Это же несерьезно. Это было бы все равно, что поклониться какому-то божественному существу, обладающему сверхъестественными способностями».
«Ты можешь смеяться, но в то время это действительно показалось волшебством. Эйко сказала то же самое. Мистер Седзи положил обе руки на двери лифта и что-то пропел, и через несколько секунд лифт пришел в движение. Жаль, что тебя там не было. Клянусь, все потеряли дар речи от изумления».
«Это было просто совпадение, – коротко ответил Теппей. Он начинал немного раздражаться. Что это было со всеми в эти дни (хотя, если быть честным, он должен был включить и себя в это число), постоянно думающими и говорящими о странных сверхъестественных вещах? Они были похожи на стайку учеников начальной школы, сидящих вокруг костра во время ночной экскурсии и визжащих от ужаса из-за лживых историй о привидениях и монстрах. – Это было совпадение, – повторил он. – В лифте произошел какой-то временный электрический сбой, и он просто исчез в этот самый момент».
«Хм. Интересно».
«Тут нечему удивляться. Говорю тебе, именно это и произошло. Очевидно, ваш мистер Седзи – просто какой-то занудный учитель медитации или что-то в этом роде, пытающийся нажиться на человеческом аппетите к псевдодуховной ерунде. Вероятно, он оценил ситуацию и увидел в этом шанс произвести впечатление на некоторых потенциальных клиентов, продемонстрировав свои так называемые навыки. Я имею в виду, что в наши дни многие люди, похоже, восприимчивы к такого рода аферистам. А потом, вскоре после этого, он начинает хвастаться, что видит привидения и общается с загробными духами. Таких шарлатанов всегда интересует только „другая сторона“, то есть то, что существует только в воображении людей, выдающих желаемое за действительное. На самом деле мертвые – это просто мертвецы, и это простое уважение к тем, кто ушел из жизни, чтобы принять этот факт. Все, что имеет значение, – это здесь и сейчас, и люди, которые все еще живы».
«Я знаю, я знаю, – сказала Мисао. В ее словах был сложный подтекст: нежный, но в то же время слегка укоризненный. – Я понимаю, что ты пытаешься сказать, правда понимаю. Мы оба зашли так далеко, веря, что это все, что есть, и что важно здесь и сейчас. То… что случилось давным-давно…»
Теппей тихо кивнул, затем сделал долгий, глубокий вдох, словно готовясь к тому, что он должен был сказать дальше.
«Пока ты понимаешь, к чему я клоню, это все, что мне нужно, – мягко сказал он. – Ты меня знаешь – в душе я рационалист, и я просто не желаю признавать возможность существования сверхъестественного царства. Просто абсурдно представлять, что в каком-то другом самолете бродит толпа мертвецов и им подобных. Я имею в виду, давайте посмотрим правде в глаза: жизнь и так достаточно сложна, когда приходится иметь дело только с живыми».
Кивнув в знак согласия, Мисао рассеянно потерла пятно на обеденном столе.
«Помимо всего прочего, на человеческом уровне я все еще думаю, что было бы невежливо просто позволить мистеру Седзи уйти, не сказав ни слова благодарности, – настаивала она. – Я имею в виду, что на днях мы втянули его в нашу чрезвычайную ситуацию, и он сделал все возможное, чтобы помочь».
«Значит, ты все-таки намерена спуститься туда и засвидетельствовать свое почтение?»