Ветер? Люди в лифтовом холле? —недоверчиво подумала Мисао.
«И ты думаешь, эти звуки доносились с другой стороны задней стены?» – спросила она самым спокойным тоном, на какой была способна.
«Да, но… О боже, я ненавижу это. Пожалуйста, не делай такой серьезный вид, Мисао! Говорю тебе, мне просто показалось. Мне нужно, чтобы ты заверила меня, что все это было у меня в голове – вот почему я поднялась к тебе».
Эйко рассмеялась и приложила обе руки к щекам, и Мисао заметила, что к лицу ее подруги, казалось, вернулся естественный румянец.
«Даже если это было всего лишь мое воображение, в то время у меня действительно мурашки побежали по коже, – продолжила Эйко. – Я просто съежилась там, не в силах пошевелить ни единым мускулом. Я тоже не могла издать ни звука. Интересно, почему я так отреагировала? Я имею в виду, это были просто какие-то голоса. Иногда я действительно веду себя глупо».
С момента несчастного случая с Тамао Эйко объявила, что Цутому и Каори запрещено входить в подвал. Она не назвала конкретной причины, по которой запрещала своим детям играть там, но новая политика, казалось, была неявным выражением того, как все относились к подвалу в эти дни.
Мисао бессознательно потерла руки, которые внезапно покрылись гусиной кожей.
«И ты уверен в том, что слышала?» – спросила она.
«Да, безусловно. Даже если мои уши обманывали меня относительно источника звука, в одном я уверена – я действительно слышала голоса. Я просто пыталась обмануть себя, думая, что это из-за ветра».
«Это действительно жутко», – медленно произнесла Мисао.
«Ты можешь сказать это снова. – Эйко опустила взгляд на стол. – По правде говоря, я была так напугана, что не могла пошевелиться – буквально парализована страхом. И даже после того, как я благополучно вернулась в квартиру, это чувство не ушло. Фу, какой серый день. Не могли бы мы включить свет?»
Прежде чем Мисао успела ответить, Эйко вскочила и подошла к настенному выключателю. Комната сразу же наполнилась мягким, но вибрирующим золотистым светом; он осветил каждый уголок и даже бросил свой отблеск на книжку Тамао в блестящей обложке с картинками, которая лежала под диваном.
С выражением облегчения на лице Эйко вернулась на свое место за столом и шумно отхлебнула кофе.
«В любом случае я была совершенно выбита из колеи и так нервничала после того, как вернулась домой, что в конце концов просто обязана была тебе позвонить. Но мне скоро нужно будет бежать – мне нужно забрать своих детей. Похоже, что собирается дождь. Но на самом деле, как ты думаешь, что я там услышала?
«Хм, интересно», – задумчиво произнесла Мисао, сжимая свою чашку обеими руками. Ее пальцы стали неестественно холодными, и как бы крепко она ни сжимала теплую чашку, казалось, ей никак не удавалось вернуть их температуру к нормальной. Она заметила небольшую трещину на ободке чашки из костяного фарфора. Это надломлено, это надломлено, – повторяла она снова и снова про себя. Должна ли она пойти куда-нибудь на днях и разориться на кофейный сервиз из фарфора Имари или что-то в этом роде? Она могла представить, как Теппей говорит: «Эй, у нас нет таких денег, чтобы разбрасываться ими». Но ведь когда вы пытаетесь создать приятный, опрятный дом, каждая мелочь вносит свой вклад в общее впечатление красоты, вплоть до повседневной посуды.
Мисао знала, что она прилагает сознательные усилия, чтобы сосредоточиться на безопасных домашних деталях, чтобы не выболтать Эйко свою дикую гипотезу. А именно: Что, если подземный ход, который был преждевременно выкопан десятилетия назад, проходил прямо под кладбищем и заканчивался тупиком (так сказать) в подвале этого жилого дома?
Мисао вспомнила, что на днях сказал в шутку секретарь в библиотеке прихода: «В конце концов, мы же не „кроты“, верно?» Да, конечно, этот бесполезный туннель был засыпан после того, как проект провалился.
Но что если подземный лаз так и не был заполнен? Разве не было возможно, что разочарованные застройщики могли наспех заасфальтировать вход в котлован, оставив похожий на туннель участок, который проходил под кладбищем и продолжался вплоть до внешней стены подвала этого здания?
Мистер Седзи съехал, но кое-что из того, что он сказал, все еще резонировало в голове Мисао: такие тревожные вещи, как, например, описание подвала как места сбора злых существ. Она не помнила его точных слов – что-то вроде: «Я не новичок в этой теме, но я никогда раньше не ощущал такого рода злой энергии». Может ли быть связь между этой нездоровой энергией и частью подземной дороги или туннеля, которая, возможно, осталась незаполненной под кладбищем?