– Стараюсь по возможности. По крайней мере, пытаюсь не создавать лишний мусор. Пускай это мелочи, но даже такие усилия дают хоть какую-то надежду в борьбе с климатическим кризисом.
Похоже, Доджу живет, придерживаясь принципов. Мы еще долго обсуждали его мечту стать экоактивистом, а затем переместились в Старбакс. Заказывая кофе, я, словно под гипнозом, купил еще и термокружку. После нашего разговора о защите окружающей среды меня стало беспокоить использование одноразовой посуды. Добрые дела были мне несвойственны (и кто знает, вдруг из-за них я умру раньше времени), поэтому для себя я объяснил эту спонтанную покупку тем, что просто хотел воспользоваться маминой карточкой.
Мы вышли на улицу с кофе в термокружках. Наша с Доджу беседа оставила приятное впечатление. Я пока не мог назвать его другом, но был определенно рад нашему с ним знакомству. Тем не менее кое-что оставалось недосказанным. Я не хотел задеть его чувства неожиданным вопросом, поэтому ходил вокруг да около, но Доджу ловко увиливал от ответа. В конце концов, я решил спросить напрямую, не оставив ему возможности сбежать.
– Ты же знаешь, что для многих незаметен?
Глаза Доджу округлились от удивления – кажется, он даже не думал об этом. Впрочем, это и неудивительно. Большинство людей, если их задели плечом, проходят мимо или, если с ними обращаются так, будто их нет рядом, спишут это на то, что их просто игнорируют. Никто и представить себе не может сверхъестественный феномен вроде превращения в бисквит.
– Так меня не замечали… Думал, они просто издеваются надо мной.
– Скорее всего, более чувствительные ребята могли тебя видеть, а другие замечали тебя время от времени. Такое довольно часто случается, ты не один такой.
– Удивительно… То есть других детей тоже могут не замечать?
– Не только детей, взрослых это тоже касается. Любой может стать невидимым, если перестанет чувствовать себя значимым. Чаще всего это временное явление.
– Если меня не видят из-за отсутствия значимости, значит ли это, что я могу пропасть навсегда?
– Полностью из мира редко кто исчезает. Просто в школе твоя значимость низкая, поэтому тебя то видят, то нет.
– Выходит, им без разницы, есть я или нет?
– Да, все так. А что? Хочешь, чтобы они не обращали на тебя внимание?
Доджу закусил губу. Видимо, это была его привычка в ситуациях, когда он чувствует себя неловко. Я добавил, что необязательно отвечать, если ему трудно. Но Доджу медленно покачал головой.
– Я просто не хочу выделяться. Если буду выделяться, меня снова начнут избивать.
Оказалось, причина, по которой Доджу старался быть незаметным, кроется в школьных издевательствах. На втором году обучения в средней школе Доджу избили за то, что он выделился, став вегетарианцем. Группу жестоких детей раздражал его образ жизни, поэтому они бросались на Доджу, словно хищные звери. Выносить побои было трудно, но терпеть унижение и насмешки оказалось еще сложнее. Старшую школу Доджу выбрал как можно дальше, чтобы не встретить в ней своих обидчиков.
Чтобы больше не сталкиваться со школьным насилием, Доджу решил быть незаметным и стереть свое присутствие. Он старался поддерживать успеваемость и спортивные достижения на среднем уровне – успехи или провалы привлекают внимание. Доджу также держал определенную дистанцию с одноклассниками и не пытался с ними подружиться.
– И поэтому ты решил жить, опираясь на реакции других людей? Неужели тебя это не выматывает?
– У меня нет другого выбора.
Доджу оказался закован в кандалы, которые сам же на себя и надел, пытаясь стать невидимым для окружающих. Наверняка он и дальше будет жить в таком подавленном состоянии. Но если продолжит считать необходимым стирание своего существования, рано или поздно настанет день, когда он на самом деле исчезнет из мира.
Я наблюдал за Доджу, который, крепко сжав в руках термокружку, будто от этого зависела его жизнь, шагал с низко опущенной головой. Обычный парень с обычной внешностью. Но у этого непримечательного парня есть свои мечты, стремления и маленькая искра надежды. Я слишком проницателен, чтобы считать все это чем-то обычным.
– У меня есть убежище, не хочешь пойти туда со мной?
Доджу поднял голову и посмотрел на меня – это был знак, что перемены начались.
Мы поднялись на крышу учебного кафе. Я думал представить Доджу Хёджин, если она будет за стойкой, но ее не оказалось. Похоже, сегодня была не ее смена. Когда я открыл железную дверь, Доджу удивился, увидев крышу, обустроенную под детскую площадку.
Я включил вентилятор на деревянном лежаке, скрытом от солнца под навесом, и вытащил из контейнера ноутбук, который Докхван пожертвовал нашему убежищу. Затем я кратко записал все, что Доджу рассказал мне о своей ситуации, и добавил заголовок «Решение».