На одной стороне крыши были свалены ненужные парты, и вокруг не было ни души, поскольку в восточном корпусе учились только вторые классы. Это место оказалось идеальным, чтобы стать тайным убежищем.
После обеда другие ребята играли в мяч на стадионе. Рассеянно понаблюдав за ними, я повернулась и пошла в другую сторону. Из груды хаотично сваленных парт вытащила четыре и поставила их в ряд. Кое-как отряхнув их от пыли, легла сверху.
Затем достала из кармана mp3-плеер и размотала наушники. Несколько лет назад его забыла у бабушки ее подруга, но хозяйке плеер оказался не нужен, поэтому он естественным образом перешел во владение моей бабушки, которая и отдала его мне.
Я пролистала плейлист и включила песню Ким Джаок «Принцессе одиноко».
Я лежала и смотрела на чистое небо, захотелось послушать что-то веселое. Я прибавила громкость и закрыла глаза. В ушах раздался звук, похожий на трубу. Когда вступление закончилось, запела Ким Джаок. Я качала ногой и подпевала. Лежащие на животе руки отбивали ритм, а голова качалась из стороны в сторону в такт музыке.
Хотя я слушала эту песню много раз, текста почти не знала. Только некоторые части помнила точно. Это значило, что только им я могу уверенно подпевать.
Те места, текст которых не знала, я просто несвязно мычала в такт. Наверное, когда говорят, что музыка опьяняет, имеют в виду именно это. Мьюзик из май лайф. Я ощущала, как будто все мои утренние страдания начисто вымывались из моей души. Плечи двигались сами по себе.
– Кто, кто-о-о поймет? Уо-уо-о! Твое одиночество-о-о!
И вот кульминация песни!
– Я! Красотка! Принцесса! И потому мне одиноко!
Я с силой выдохнула звук, наполовину смешанный с воздухом. Я лежала на столе и трясла ногами, но вдруг почувствовала откуда-то запах сигаретного дыма. Закрыла рот и сосредоточила все свое обоняние.
Действительно, здесь пахло куревом. Продолжая принюхиваться, я открыла глаза. Первым, что увидела, было все такое же ясное небо. Я вытащила из уха наушник.
– Кажется, он не знает, что мы здесь, а? – раздался мужской голос.
Здесь кто-то есть.
Я резко выпрямилась. Около перил крыши стояли трое парней. Нам Юнсу и Ким Чханён курили, глядя на стадион, а Им Согён сидел рядом с ними на корточках, уставившись в свой мобильный.
– Знай он, что тут люди, разве стал бы петь во весь голос? – спросил Нам Юнсу и захохотал.
Я дернула за провод и вытащила наушник из второго уха. А затем проворно спрыгнула с парт.
– Что это значит?
Услышав мои слова, Им Согён с безразличным видом опустил мобильный.
– Что?
Пару раз постучав большим пальцем по экрану, он разогнул колени и встал. Затем сунул телефон в карман вместе с рукой и посмотрел на меня.
– А, ну… На крыше ведь никого не было…
– Думаешь, только ты сюда ходишь? Любой может прийти.
– Ну, я ведь не об этом…
Чертов стыд! Мое лицо залилось краской.
– Странные у тебя музыкальные вкусы.
– А еще ты круто поешь. Вон какую высокую ноту только что взял.
Первую часть фразы произнес Им Согён, а вторую – Нам Юнсу. Мое лицо стало не просто горячим, оно готово было вот-вот взорваться.
– Угу. Хорошо проведите время, – буркнула я, затем сунула mp3-плеер в карман и покинула крышу.
Спускаясь по лестнице, я слышала за дверью громкий хохот парней.
– Принцессе одиноко! – во весь голос пел Нам Юнсу.
– Чтоб вам провалиться… – буркнула себе под нос, а на моем лице сама собой возникла плаксивая гримаса.
Я-то слышала музыку в наушниках, поэтому мне самой мое пение казалось вполне неплохим, но, должно быть, мой голос без всякого аккомпанемента звучал довольно смешно.
Да и текст тоже… «Я! Красотка!» А ведь я спела первый куплет целиком!
Мое лицо стало ярко-красным от стыда. Хоть я и не заплакала, но бежала вниз по лестнице, издавая звуки, похожие на всхлипы. Как героиня из трагического романа, которую ранили в самое сердце.
Во время урока я подчеркивала строчки в учебнике маркером, когда ко мне прилетела записка. Я повернула голову в ту сторону, откуда она появилась. Им Согён смотрел на меня, подперев подбородок рукой и держа карандаш между пальцами.
Я отвела от него взгляд и увидела лист бумаги, сложенный в квадратик. Края записки были неровными, как будто этот листок только что вырвали из тетради. Я отложила маркер и развернула послание.
Какой у тебя номер?
Держа записку обеими руками, повернула голову. Когда наши взгляды встретились, Им Согён сделал знак глазами, как бы призывая написать ответ.
– Зачем тебе? – тихо спросила я.
В этот момент Им Согён быстро уткнулся в учебник.