Во взгляде мага не было ни малейшей бреши: Хамель мог быть мягкотелым, но порой вел себя жестко. Когда человек, кажущийся слабым, проявляет силу, невольно сдаешься.
Я почувствовала, что пасую.
– Это слишком! Как можно прятать мою книгу без моего ведома?
– Леди Джинджер, ведь браслет, который я дал вам, теперь уже у Его Величества. Причем все произошло без моего ведома.
– Боже! Но как…
– В тот момент, когда вы вышли из кареты, я увидел ваше будущее. И Его Величество Изана тоже появился в моем видении.
Я невольно потерла запястье, на котором уже не было браслета.
Хамель выглядел безжалостно. Раз он видел нас с Изаной, значит, маг знает, что его личность раскрыта?
«Что же делать?» – подумала я. Мне стало стыдно перед Хамелем. Если бы я успела застегнуть браслет…
Пока я мялась, Хамель заговорил:
– Даже если из-за браслета Его Величество убедился в том, кто я такой на самом деле, леди Джинджер не за что извиняться. Ведь именно я дал вам браслет и хотел скрыть личность. Вы просто следовали моему плану.
– Но… я была слишком беспечна, не знала про печать.
– Ничего страшного. Я поговорю с Его Величеством Изаной. Рано или поздно нам пришлось бы коснуться этой темы.
– Фух…
Хорошо, что Хамель не обиделся. Я вздохнула, но тотчас поняла, что разговор снова ушел в сторону. Каждый раз, когда я спрашиваю про книгу, Хамель отвлекает меня, и в итоге я извиняюсь. Странно.
Это что, стратегия Хамеля? Но теперь я не попадусь.
– Нет! Разговор опять ушел в другое русло. Где моя книга?
– Я переместил ее к себе домой.
– Я не покажу роман Его Величеству, поэтому верните! Не хочу, чтобы книга была у вас!
Вдруг он снова будет ее читать?
Хамель выслушал мои крикливые претензии и ответил с улыбкой:
– Разве вы не гордились своим романом?
– Заткнитесь!
Ах ты ж! Он точно надо мной издевается.
Хамель, не обращая внимания на мое «заткнитесь», непринужденно продолжал:
– Так вот, фраза, которая впечатлила меня больше всего…
– Хватит! Хватит!
Я закрыла уши ладонями, не желая слушать. Хамель схватил меня за запястья и очень медленно опустил мои руки вниз.
– «Джинджер Торте, люблю тебя вечно». – На его губах возникла мягкая улыбка.
Я видела ее часто, но сейчас она казалась какой-то особенной. Сердце сбилось с ритма. «Люблю» – банальное слово, но оно принесло с собой особое тепло, окутавшее мое тело.
Мне было невыразимо приятно.
– Последняя реплика Его Величества Изаны была лучшей.
Точно. Я ведь помню финальную фразу Изаны в моем романе. В прекрасном саду под палящим солнцем он признавался в любви книжной Джинджер Торте.
Хамель просто процитировал строчку из романа, но почему-то в этом чувствовалась его искренность.
И я не понимала, что ответить.
Между нами повисла тишина. Хамель отпустил меня, снял испачканные перчатки и поднял туфли, которые я сбросила на траву. Он кивнул мне, глядя снизу вверх.
Вероятно, он собирался надеть их на меня.
– Ах! Нет. Я сама.
– Нет. Вы сняли обувь из-за меня, так что позвольте…
Я поколебалась, но приподняла подол длинного платья. Показалась стопа, слегка припорошенная землей. Хамель опустился на одно колено.
А затем совершенно спокойно положил мою ногу себе на колено. Своей большой ладонью, уже без перчатки, он стряхнул землю с моей кожи. Я становилась чистой, а его пальцы – грязными.
Он надел на меня туфлю, когда убедился, что все в порядке. Движения были настолько плавными, что я засомневалась, не надевал ли он туфельки женщинам раньше.
Когда обе оказались на месте, Хамель встал.
– Теперь вы немного выше.
– Я и была высокой!
Я робко возмутилась, и он тихо рассмеялся.
– Леди Джинджер…
– Да?
– Пожалуйста, относитесь ко мне так же, как сейчас. Я признался, и леди Джинджер меня жестоко отвергла, но я это предвидел. Надеюсь, вам не будет неловко. – Его голос был застенчивым и серьезным. – Я не сомневался, что меня отвергнут, ведь я не хотел быть как Хамель Брей из романа «Заключенный принц и дочь маркиза».
– Э-э-э…
– Я больше не буду просто наблюдать со стороны и молчать, утаивая свои чувства от человека, которого люблю. Но впредь я постараюсь вести себя корректно: не стану давить на вас и не буду навязываться.
– Пф, но перехватывать книгу первым – жульничество, Хамель Брей.
– Впредь я не буду так поступать. Если вы хотите.
Говорит «не давить», а сам смотрит таким грустным взглядом.
Я сглотнула и на миг потеряла дар речи.
– Леди Джинджер просто должна делать то, к чему лежит душа. Не чувствуйте груза на сердце и относитесь ко мне как обычно.