Давно не видела у него это странное выражение лица.
Он заговорил прерывисто, не глядя на меня:
– Можно спросить, в чем дело?
«Стоит ли откровенничать?»
Я колебалась рассказывать Хамелю о том, что подозревала Изану. Ведь маг всецело доверяет Изане и может не понять смысла моих слез. Скорее, он упрекнет меня в том, что я не спросила прямо и сама угодила в неловкую ситуацию. Он обычно весьма наставителен в этом плане, поэтому подобная вероятность существовала.
– Что же случилось? – Хамель не выдержал моего долгого молчания и снова поторопил меня.
– Хамель… обещайте, что не будете меня ругать, что бы я ни сказала.
– Когда я ругал вас, госпожа Джинджер, что вы такое говорите? Досадно.
– Недавно убеждали не бегать, ворчали.
– Разве, госпожа Джинджер? – Он послал мне обиженный взгляд. Однако взгляд Хамеля не отменял того факта, что иногда маг мог сделать мне замечание.
– Да.
На мой решительный ответ Хамель неохотно ответил:
– Обещаю. Теперь можете сказать?
– Обещайте не думать, что я глупая.
– Обещаю. Как я могу так думать?
– Обещайте дважды.
– Если госпожа Джинджер хочет, могу пообещать, сколько скажете. – Хамель послал взгляд, что поймет меня, в чем бы я ни призналась.
И я выложила ему все. Ну почти. Поведала Хамелю о том, что слышала от Сары: мол, Изана покупает платья в самом модном магазине столицы. И добавила, что пока Его Величество мне их не преподнес. Я не говорила о своих мыслях насчет другой женщины, но предположила, что Хамель уже и сам обо всем догадался. Маг был сообразителен. Кроме того, я даже не хотела говорить об этом вслух.
Я подозревала Изану, но, как ни странно, не хотела, чтобы кто-то другой, кроме меня, подозревал Его Величество.
– Поэтому я и разревелась. Какая глупость.
Дослушав меня до конца, Хамель покачал головой.
– Нет. Не глупость.
– Я думаю, у Его Величества есть причина, по которой он не рассказал мне о платьях… Я узколобая женщина, поэтому не знаю, почему это так меня оскорбило.
– Я бы тоже обиделся.
От его слов, полных сочувствия, тяжесть на душе немного спала. Одна-единственная фраза от друга, разделяющие твои чувства, так успокаивает!
– Я не знаю, почему Его Величество так поступил. Но вы сказали, что у него есть какие-то планы… Может, подождать еще немного?
– Фух!
Когда я коротко вздохнула, Хамель осторожно дотронулся до моей головы. Он хотел погладить меня, но не осмелился. Однако в такой момент можно без колебаний погладить меня по волосам. Велела ему не любить меня, а сейчас надеюсь на чрезмерное утешение? Насколько же мне необходима его поддержка!
– Но все равно я очень зол из-за того, что вы плакали.
– Хамель…
– Заставить вас плакать – явная ошибка. Даже если это Его Величество.
Пока я думала, что еще рассказать, в диалог между нами вклинился женский возглас:
– Милая госпожа Джинджер совсем не виновата!
Мы повернули взгляд в ту сторону, откуда звучал голос Шехеры, которую мы ранее оставили в другом коридоре.
– Хм-хм, я не хотела подслушивать намеренно. Ждать было слишком скучно, Хамель ушел, а мне стало любопытно…
Хамель схватился за голову.
– Простите, госпожа Шехера, я думал, что все быстро разрешится, – извинился он.
– Ладно. Я уже все поняла. – Шехера подошла ко мне и внезапно взяла за руку. – «Красавица», «фея»… говорил такое, а на самом деле новое платье отдал другой женщине? Нет, я не могу это просто так оставить!
«Ну, не до такой степени… Видимо, Шехера неверно истолковала мои слова».
– Э-э-э…
– Вообще-то, в империи Искандар самым тяжким преступлением считается измена. Мужчину и женщину, которые вступили в связь, наказывают вместе с семьями по принципу круговой поруки. – Черные глаза Шехеры пылали сильнее огня. – Хоть вы и тот имбирь, поэтому мне не очень нравитесь… Я не могу простить мужчину, который изменил!
«Тот имбирь? Что она, кстати, имеет в виду?»
Ладно, пока мы это оставим.
Шехера видела меня пару раз, но возмущалась от всей души, словно моя проблема напрямую касалась ее. Я растерянно посмотрела на Хамеля.
«Она – твоя гостья, сделай что-нибудь!»
В итоге Хамель, не выдержав моего взгляда, взялся за урегулирование вопроса.
– Г-госпожа Шехера! Для начала успокойтесь. То, что Его Величество отдал платье другой женщине, еще доподлинно неизвестно…
– Тогда вы не думали об этом в таком ключе?
– Ну… я…
– Вот видите! Вы тоже так подумали.
Хамель потерял дар речи и посмотрел на меня. Маг беспокоился, что я впаду в отчаяние.