Это были мотыльки. Сотни тысяч ночных бабочек со светящимися крыльями. Они сталкивались между собой, и пыльца падала вниз. На странную пару и прилавок со сладостями.
Мотыльки.
А ведь Фрост встречал в Унрайле Тварей, похожих на зеленых мотыльков.
Поэтому Мэри была права.
Летучие мыши к убийству Лерия Танета не имели никакого отношения.
– Мотыльки… – бездумно прошептал Фрост, коснувшись рисунка. И снова на миг ему показалось, что крылья ночных бабочек трепещут.
Но лишь на миг.
И ему пора перестать думать о глупостях. Потому что рисунки не оживают. Даже те, что нарисованы Тварью.
– Ты в это уверен? – раздалось за спиной, и в ноздри ударил яркий запах вишневого табака.
Кошка.
А ведь он ждал ее раньше… Но она пришла только сейчас. Значит ли это, что он на верном пути, и скоро поймет, что происходит?
Повернув голову, Фрост без удивления обнаружил, что Мэри стоит, замерев, словно статуя. В прошлый раз было так же.
И в позапрошлый.
– Красивый рисунок… – из-за его спины вынырнула кошка. Глубоко затянувшись, она выпустила дым и улыбнулась хмуро глядевшему на нее Фросту.
– Красивый, – буркнул он, отворачиваясь от Твари. От обеих Тварей. Светящиеся крылья мотыльков трепетали, и сейчас в этом уже не было никакого сомнения.
– Как и в прошлый раз, ты не видишь сути… – Марла с сожалением вздохнула.
– А в чем она? – резко бросил он. – В том, что в Рурке все-таки есть Твари? Я уже это признал. И даже убедился.
Кошка снова улыбнулась.
– Что ты видишь? Скажи это вслух, – попросила она.
Фрост неприязненно поморщился, но все же не стал спорить.
– Зеленая пыльца, мотыльки над Верхним Городом… Если Мэри не обманула, это значит, что в Рурке живут порхающие. Хищные Твари, пьющие кровь. Очевидно, до этого они довольствовались кровью животных, потому что раньше подобных убийств не встречалось… но что-то изменилось.
– Что? – закусив губу, игриво спросила Марла.
Фрост задумался.
И правда. Что могло подтолкнуть порхающих изменить образ жизни и взяться за охоту на людей? Да еще и начать с аристократа…
– Не знаю, – пробормотал он. – Но выясню.
– Ты не видишь сути, – снова вздохнула Марла. Затянувшись, она дунула дымом прямо в лицо Фроста, но это не заставило его закашляться. Наоборот, запах вишневого дыма ему невероятно нравился. – В прошлый раз тоже не увидел. И поэтому они назвали тебя Капитаном. До сих пор называют. Все бы ничего, но ты ведь действительно почти забыл, как тебя зовут на самом деле…
– Меня зовут Денвер Фрост, – отчеканил он.
Кошка хихикнула.
– Это поправимо, – заявила она. – Забыть свои истоки легко. В твоем случае – даже естественно. Но даже тебе не стоит забывать собственное имя.
– Я его помню! – прорычал Фрост. – К чему ты ведешь?
Марла снова затянулась. А потом подарила ему грустную улыбку, в которой, помимо всего прочего, сквозило отчаяние. Безнадега. Смирение.
Боль.
Чистая боль.
– Ты должен увидеть суть, – прошептала она.
А Денвер ощутил, что он куда-то летит. Мэри, ее рисунок… все превратилось в разноцветный водоворот, и Фрост чувствовал себя щепкой, послушно плывущей вдоль быстрого течения реки…
Он обнаружил себя сидящим в кабинете помощника градоправителя.
И, пожалуй, даже этому не удивился.
Осталось только выяснить, сколько дней выпало из его памяти на этот раз…
***
Подняв глаза, Денвер уставился на Шейка. Тот сидел, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. Его хитрый взгляд не нравился Фросту. Очень не нравился. Казалось, будто помощник градоправителя чем-то весьма доволен.
– Как продвигается расследование?
– Продвигается, – буркнул Фрост. Еще бы знать, какое дело Шейк имеет в виду. Не ровен час окажется, что убийство Лерия Танета он уже благополучно раскрыл, оттого начальник так доволен.
Шейк хмыкнул.
– Я вижу, ты нашел Тварей в Рурке, – произнес он.