– Потому что для многих из нас это имеет смысл, – поправил его Томас. – Но это не отменяет необходимости жить по человеческим законам. Нам достался именно такой мир, и стоит научиться наслаждаться тем, что есть, а не тосковать по несбывшемуся.
Несмотря на странные слова, Фрост понял, о чем говорит шакал. В старые времена чудовища, похищающие детей и невинных дев, чтобы провести кровавые ритуалы, были не легендами, а страшной реальностью. А потом люди начали давать сдачи, и Тварям пришлось научиться жить по-другому. Спрятаться среди людей. Похоронить собственную сущность под человеческим лицом, и только лишь изредка позволять ей выходить наружу.
– Мне нравится, как ты говоришь, – Фрост сунул руку в карман сюртука и вытащил ключи от наручников. Освободив шакала, он снова посмотрел тому в глаза.
Недоверие и настороженность. Сегодня мир этого парня не схлопнулся, и он не понимал почему. Впрочем, Денверу было плевать на внутренних демонов Томаса. У него было полно своих собственных.
– Я могу быть свободен? – спросил шакал.
– Где ты живешь? – вместо ответа поинтересовался Фрост.
– В Термитнике.
Очень хорошо. Кажется, у свежесобранной команды есть место сбора. Осталось предупредить хозяина, что ему время от времени придется встречать гостей. В Термитнике легче всего затеряться. Там никто ни на кого не обращает внимания.
– Там недавно произошло убийство.
– Да, я знаю, – шакал потер запястья и снова уставился на свои ладони. – Какой-то богач был найден в канаве.
– Да. И к этому приложили руки Твари.
Томас хмыкнул.
– В Термитнике каждый день находят подобные тела. Но кому есть дело до отребья, правда?
Фрост почувствовал себя неуютно. Ему невероятно сильно хотелось попросить прощения за то, что система, в которой он работает, несовершенна. Томас прав: если бы в подобном положении нашли бедняка, при самом удачном раскладе дело бы быстро закрыли, свалив вину на какого-нибудь беднягу из культа Смерти. А то и вовсе не стали бы заводить.
– Я обещаю тебе, что однажды наступит такое время, когда справедливость будет одинаковой для всех, – словно клятву пробормотал Денвер, отворачиваясь от шакала.
– Как вы думаете, мы доживем до этого? – в голосе Томаса послышалась усмешка.
Фрост глубоко вздохнул и положил ладонь на ручку двери. Пора было познакомиться с напарницей Джека, и он со смирением ждал, когда ноздри заполнит аромат вишневого дыма. Ведь для начала должна прийти кошка по имени Марла и что-нибудь сказать. Но ничего не происходило, и через пару минут Фрост понял, что так и не ответил на вопрос Томаса.
– Я сделаю все, чтобы это время наступило как можно быстрей. И ты один из тех, кто поможет мне в этом, – сказал он и вышел из допросной, так и не решившись снова увидеть глаза шакала, который считает себя достойным лишь одного.
Вечного одиночества.
Несмотря на то что кошка так и не появилась, запах вишневого табака все же коснулся обоняния Денвера. Он так его ждал, что теперь ему мерещится, будто Марла где-то рядом?
В помещении, где работали детективы центрального участка, всегда было накурено, но вишневый аромат обычно не примешивался к запаху табака.
Обычно. Но не сегодня.
Проклиная вездесущую кошку, которая стала его личным проклятьем, Фрост прошел мимо столов, за которыми сидели детективы, к своему кабинету и только повернув ручку двери, на которой красовалась табличка с его именем, бросил взгляд на дальний стол, что еще вчера пустовал.
Сегодня за ним расположились двое. Джек Роквелл, снова выряженный в нечто разноцветное, поднял голову и вопросительно посмотрел на Фроста, явно пытаясь понять, как прошло «собеседование» в допросной. Денвер кивнул, показывая, что Томас теперь в команде и перевел взгляд на темноволосую женщину, сидевшую к нему спиной. Она держала в руках мундштук с тонкой сигаретой, и Денверу стало ясно, откуда появилась вишневая примесь.
Ну что же, пора познакомиться с последним членом команды.
– Ко мне в кабинет. Оба, – проворчал Фрост и, прежде чем женщина успела обернуться, открыл дверь и вошел к себе.
Подчиненных стоит встречать на своей территории. Особенно тех, кого предстоит убедить в том, что их присутствие совершенно необязательно…
Его предшественник был аккуратистом, и раньше на столе всегда царил идеальный порядок. К сожалению, за свою недолгую бытность капитаном центрального участка Фрост умудрился завалить рабочее место сотней бумаг. Потребность контролировать каждый шаг своих подчиненных была неистребима.
Впрочем, Денвер догадывался, что однажды ему надоест проверять все закрытые дела и сдавать их в архив лично, и тогда, возможно, на столе станет чуть больше свободного места.