– Доброе утро, Рус, – проворчал Фрост, оборачиваясь. – Если оно доброе, конечно…
– А… это вы, – Приоп кисло улыбнулся. В отличие от многих, он не любил отдавать свои дела другим. – И как зрелище? Нравится?
– Пока не очень, – Фрост вновь посмотрел на тело. – Почему бедняга до сих пор в канаве? Когда его обнаружили?
Рус цыкнул языком, а потом смачно сплюнул себе под ноги. В это время к ним присоединилась миловидная девушка маленького роста, на вид которой можно было дать не больше двадцати. На самом деле заместителю Приопа Энни Хольт было почти сорок три, и она была первой женщиной, кто смог дослужиться до столь высокого поста.
– Так сразу же было понятно, что дело не наше! – у нее был тоненький голосок, а еще она тараторила так быстро, что смысл слов всегда доходил намного позже. – Вот мы и оставили его здесь, чтобы вы полюбовались… А вы сами будете вести расследование, лорд Фрост? И правильно, все-таки аристократ убит… да еще и раздели беднягу… видите эти ранки? Нечистое дело, нечистое… что он тут забыл, интересно? Хотя его могли приволочь сюда и после смерти… С другой стороны, лежит он так, будто еще живой в канаву падал, да еще и радовался при этом… нечистое дело, попомните мои слова… И да, мы тут задержали кое-кого. Послушница культа Смерти, между прочим! Утверждает, будто она простая художница, но я бы не стала у такой мрази картины покупать… А вытащить беднягу надо, да… а то плохо, когда благородный господин лежит вот так… да еще и не одет!
Сквозь поток слов до Фроста начал доходить смысл сказанного.
– Подождите, – прервал он словесную тираду Энни. – Вы задержали кого-то?
– Так я же и говорю! – Энни всплеснула руками. – Послушница культа Смерти у нас! Уже хотели направлять в вашу сторону, но раз уж вы сами пришли, может, и заберете? Девка совсем плохая. Утверждает, что всю ночь рисовала у себя. Живет в Обители. А чего ее принесло в Термитник, объяснить не может. Так ко всему прочему еще и на руках у нее кровь нашли. Немного, конечно, но все это очень подозрительно…
Фрост мотнул головой и посмотрел на Руса Приопа. Тот слушал свою заместительницу со смесью снисходительности и раздражения. Привык уже.
А вот Фрост привыкать к такому не собирался.
– Ведите меня к ней! – рявкнул он, пока Энни не принялась рассказывать все с самого начала. – Тело вытащить и доставить в морг при центральном участке. Все.
Приоп усмехнулся.
– Пойдемте, Фрост, я покажу вам вашу подозреваемую. Энни, организуй тут все.
Когда они протолкались сквозь толпу, Фрост увидел хрупкую девушку.
На первый взгляд, ему показалось, будто ее волосы платиновые, как у Ширли Марей. Но нет. Волосы девушки были светло-серые, совершенно бесцветные. Она все время щурилась, будто пыталась разглядеть этот мир сквозь туман подступающей слепоты. И на ее руках была не кровь – это, закаленный в Унрайле, Фрост смог определить сразу.
Это была краска.
Красная.
– Как вас зовут? – хмуро спросил Фрост у девушки.
Она подняла на него свой серый взгляд и, прищурившись, ответила:
– Мэри Дравл.
А Фрост вдруг подумал, что ее фамилия совершенно ей не подходит. И он забудет ее почти сразу.
Забудет?
Почему?
Он вдруг ощутил запах вишневого табака и дешевых духов.
– Она тебе подойдет, – рядом с ним стояла знакомая проститутка. Сегодня на ней было откровенное красное платье с огромным разрезом справа, который обнажал аппетитную ножку, затянутую в сетчатый чулок.
Оглядевшись по сторонам, Фрост обнаружил, что вокруг них ничего нет. Ничего. Лишь серый туман, скрывающий очертания всего, что находилось за пределами небольшого круга. Подозреваемая с бесцветными волосами стояла замерев. Она была похожа на живую статую.
– Что происходит? – снова посмотрев на золотоволосую шлюху, спросил Фрост.
Та улыбнулась и глубоко затянулась. Запах вишневого табака стал еще сильней.
– Забавно, я ведь действительно хотела узнать, как все начиналось. Но и подумать не могла, что первой ты найдешь именно ее, – шлюха кивнула на Мэри. – Но пути судьбы всегда извилисты, не так ли?
– Что происходит? – повторил Фрост, чувствуя, как мир вокруг него сжимается. Превращается в лед, застывает и становится другим.
– Наши с тобой жизни зависят именно от нее… это довольно интересно, что она станет первой… – шепнула золотоволосая.
– Кто ты? – вокруг Фроста поднялась метель, но не из снега, а из ошметков бумаги и прошлогодних листьев. А еще появился гул, который с каждой секундой становился все громче.