– Вена – столица огромной Австро-Венгерской империи, а Бройнеры – крупные банкиры, которые принимают у себя очень важных и состоятельных особ. У них бывал даже император Франц-Иосиф I!
– Кажется, в Вене не осталось ни одного богача, который бы не хвастался тем, что его принимали в доме фон Бройнера! – послышался насмешливый голосок из-за ширмы.
Агата склонилась над фарфоровый чашей с тёплой водой и принялась приводить себя в порядок. Она обтерла руки и шею влажным полотенцем. После долгого путешествия на поезде из Парижа в Вену она наконец почувствовала себя лучше.
– Поскорее переодевайтесь, нас ждут! – приказала она, выглянув из-за ширмы и обнаружив, что мальчики лениво валяются на кроватях. – Мне не терпится познакомиться с Мариеттой. Мама сказала, что она моя ровесница.
Вскоре трое путешественников несмело вошли в гостиную. Леди Клара и мисс Жанна пили лимонад, делясь с хозяевами подробностями поездки.
– Мама, а вот и они! – раздался радостный юный голос.
Красивая дама с улыбкой повернулась к ним:
– Агата, Арчибальд и Макс, не так ли? Я Эмилия фон Бройнер. Позвольте представить вам нашу дочь Мариетту. Она с нетерпением ждала встречи!
Сидящая в кресле на колёсах тёмноволосая девочка с сияющими от радости глазами протянула руку Агате, потом мальчикам. Юную барышню рассмешил любопытный взгляд Макса, который рассматривал её средство передвижения, и девочка сказала:
– Три года назад я заболела полиомиелитом и с тех пор хожу на костылях. А когда устаю, моя гувернантка Аннелиза возит меня в этом кресле на колёсах. Если хочешь, можешь тоже покататься!
– А вот как раз и наша дорогая Аннелиза! – воскликнула Эмилия фон Бройнер. – Она такая преданная! Нам с ней очень повезло.
В комнату вошла высокая блондинка лет двадцати, поздоровалась и представилась гостям.
– В сиротском приюте мне дали хорошее воспитание, – скромно добавила она.
Эмилия фон Бройнер повела собравшихся в музыкальный салон.
– Друзья мои, пока мы ждём обеда, я хочу сделать вам сюрприз! – торжественно объявила хозяйка дома.
– Я подготовила маленький приветственный концерт для наших гостей! – сказала Мариетта, усаживаясь за рояль.
На несколько минут гости погрузились в прекрасную музыку.
– Какой чарующий момент! Примите мои искренние поздравления! – воскликнула мисс Жанна, когда девочка, закончив играть, склонила голову. – Мариетта, вы убедительно доказали, что Вену заслуженно называют городом художников, учёных и музыкантов!
Леди Клара тоже похвалила девочку. Неспешно осматриваясь по сторонам, миссис Кристи с интересом изучала картины, развешанные по стенам.
– У вас потрясающая коллекция! Я вижу, вы любите современную живопись, – заметила она.
Матиас фон Бройнер с гордостью показал своё последнее приобретение – полотно Густава Климта.
– Это правда, мы с женой отдаем предпочтение художникам, которые выходят за рамки традиций, – согласился он.
– Мне нравится творчество Густава Климта, но говорят, что Венская академия изобразительных искусств отвергает этого молодого художника, – отозвалась леди Клара.
Эмилия фон Бройнер рассмеялась и сказала:
– Дорогая, академия безнадёжно старомодна!
Агата, которой очень хотелось поболтать с новой знакомой, предложила потихоньку увезти её подальше от взрослых. Макс нагнал их в коридоре.
– Ты знаешь, Мариетта, у нас есть учёная птица, – сообщил он, желая произвести на девочку впечатление. – Голди умеет повторять слова и приносить тайные записки. Хочешь посмотреть?
Мариетта удивилась, и он повёз её в кресле в объезд центральной лестницы. Но вдруг замер в нерешительности. Судя по всему, он не мог найти дорогу.
– Большая голубая комната находится за нами или чуть дальше впереди? – спросил он Мариетту.
Девочка рассмеялась. Она нарисовала план этажа на странице своей нотной тетради.
– Дверь в неё – третья по левую руку от гостиной, – сказала она. – А теперь вези меня.
Макс изучил план, посчитал дверные проёмы и быстро всё понял. Он провёз Мариетту вдоль просторного бального зала, далее – мимо гостиной, совмещённой со столовой, и толкнул тяжёлую дверь, ведущую в личные покои хозяев.
Помоги Максу найти комнату.
– Вот мы и добрались до голубой комнаты: она в дальнем конце коридора, – торжественно объявил он. – Погоди, я сейчас всё подпишу на твоём плане.