— Сейчас, — мрачно повторяет она, качает головой и уходит. У меня такое чувство, что у нее гораздо больше мыслей о новом руководстве, чем она показывает.
Они уволили Фила. Они сократили мою статью и многие другие, даже не зная, о чем они. Просто остановка всех инициатив, исходящих от сотрудников.
Отделы могут сократить. Целые группы людей, как Фил.
Я хватаю блокнот и направляюсь к лифтам. Может, им и нужна заказная статья, но черта с два я не задам новому генеральному директору хотя бы один вопрос о том, что происходит. Я поднимаюсь на пятнадцатый этаж с бешено колотящимся сердцем. Это то, что я люблю делать. Задавать трудные вопросы, получать настоящие ответы. Но я также встречусь лицом к лицу с тем, кто теперь владеет компанией, в которой я работаю. Осознание этого факта накрывает меня.
Одно неверное слово — и я могу оказаться той, кто собирает свои вещи со стола и уходит. Не то чтобы у меня было много вещей. И если они планируют выпотрошить редакцию, сократить штат «Globe», младшие репортеры будут не в первых рядах на сохранение. Все это — моя работа мечты, начало моей карьеры, может закончиться, даже не успев начаться.
Меня встречает тихий помощник в атриуме. Его зовут Тимоти, согласно табличке на столе. Он исполнительный секретарь на ресепшене.
— Меня зовут Одри Форд, — говорю я. — Я здесь для интервью с новым генеральным директором для корпоративной рассылки?
— Ах, да. Спасибо, что пришли так быстро, — говорит Тимоти. — Мистер Кингсли ждет вас прямо здесь.
Мне требуется мгновение, чтобы осознать его слова. Я действительно встречусь лицом к лицу с генеральным директором. Никакого бойкого помощника, никаких заранее записанных ответов.
Я прижимаю блокнот к груди, как щит, и иду к закрытой двери. Постучав дважды, я представляюсь.
— Одри Форд из отдела расследований, на интервью!
— Войдите, — раздается голос.
Я толкаю тяжелую дверь и захожу в залитый светом кабинет. У генерального директора лучший кабинет, — думаю я. Как банально.
А потом я понимаю, кто сидит за стеклянным столом.
Рыжеватые волосы зачесаны назад с квадратного лба. В уголке рта прячется улыбка, которая, кажется, всегда готова очаровать. И знакомые золотисто-карие глаза, которые встречаются с моими.
— Картер? — спрашиваю я.
ГЛАВА 4 Картер
Одри стоит в дверях моего кабинета, прижимая блокнот к груди, словно это доспехи. Она выглядит иначе, чем в тот вечер, три недели назад, когда гипервентилировала в темном баре.
Ее темные кудри убраны в низкий хвост, а платье, которое было на ней, исчезло без следа. Передо мной женщина в брюках и блузке — собранная, профессиональная, и все ее внимание приковано ко мне.
Ее глаза широко распахнуты.
— Картер?
— Одри? — я встаю. — Что ты здесь делаешь?
— Я здесь работаю.
— Здесь? В «Globe»?
— Да, — говорит она. Потом смотрит в коридор, словно мой помощник может подслушать. Она прикрывает дверь. — Я же говорила тебе, что я журналистка!
— Я никогда не думал, что ты работаешь здесь, — говорю я.
— Вообще-то, начала две недели назад.
Это заставляет меня улыбнуться.
— Поэтому они и послали тебя брать у меня интервью для корпоративной рассылки.
Она хмурится, словно я только что ее оскорбил. Словно мы не обменивались куда более колкими ударами в переписке.
— Ты генеральный директор, — говорит она напряженным голосом. — Ты работаешь на «Acture Capital»?
— Я один из совладельцев, да, — говорю я. — Мы приобрели «Globe» несколько недель назад, хотя переговоры шли больше года.
Она садится на стул напротив моего стола и демонстративно открывает блокнот. Я сажусь обратно. Несмотря на раздражение, застывшее на лице, ее черты светятся ярче без макияжа, который был на ней в баре. Веснушки танцуют на носу.
В голове проносится старая фраза, которую любит говорить моя мать: «Такая женщина, которую заслуживают, а не очаровывают».
— Итак, — Одри берет ручку. — Что побудило вас приобрести ««Globe»?» — потом, прежде чем я успеваю ответить, она снова кладет ручку. — Как ты можешь быть новым начальником компании, в которой я работаю? Как это вообще не всплыло в переписке?
— Мы никогда не говорили о работе.
— Надо было, — говорит она. — Не могу поверить.
Я провожу тыльной стороной ладони по губам, скрывая улыбку. Ее это, значит, не впечатляет. Как ни странно, эта саркастичная, забавная, умная и загадочная женщина нравится мне от этого еще больше.
Многим женщинам нравится то, чем я занимаюсь. Никогда не вдаваясь в детали, но SparkNotes-версия их заводит.