Немного подумав, я ответил:
– Во-первых, я не такой человек.
– Это точно.
– Во-вторых, все случилось слишком быстро.
– Хе-хе.
– В-третьих, мне грустно от того, что ты меня обманул.
– Кхе-кхе.
– Наконец…
– Наконец?
– Мне просто страшно, – пробормотал я и посмотрел Пурапуре прямо в глаза. – Что будет со мной дальше?
Пурапура без заминки ответил:
– Вы и дальше будете жить в теле Макото Кобаяси.
– А ты что будешь делать?
– Отправлюсь на следующую лотерею и буду сопровождать победителя.
– И ты больше не будешь моим проводником?
– Вам он больше не нужен.
– Правда?
– Думаю, да.
Пурапура захлопал крыльями, будто был полностью в этом уверен. И это движение придало мне храбрости, хотя настроение мое по-прежнему оставалось немного кислым.
– Я вот вспомнил, что было до моего самоубийства, и снова утратил веру в себя.
– Почему?
– Не знаю, смогу ли я со всем справиться.
– Почему нет? – Пурапура нахмурился. – Разве вы не справились со вторым шансом?
– Но тогда это были не мои дела.
Да. Все это время Макото Кобаяси был для меня чужаком, просто временным пристанищем. Поэтому я смог вести себя так, как хотел. Я не думал о том, что будет дальше, снял все деньги, покупал все, что пожелаю, и говорил открыто все, что хотел и кому хотел.
– Но теперь я больше не могу так себя вести. Мне нужно быть осмотрительным. Я боюсь. А еще мне жаль денег.
Вдруг я ощутил просто безумное раскаяние в том, что потратил двадцать восемь тысяч иен на пару кроссовок.
Пурапура расслабил крылья и взглянул на меня. Его голубые глаза были лазоревыми, как небо без туч. И эти глаза врали мне, злили меня, насмехались надо мной – но всегда, всегда наблюдали за мной.
– Считайте это жизнью в гостевой семье.
– В гостевой семье?
– Конечно. Вы снова проведете некоторое время в земном мире и вернетесь назад. Самое большее – несколько десятилетий. Одну человеческую жизнь. Так что относитесь к этому как к длительному пребыванию в гостевом доме.
– Постараюсь.
Несколько десятилетий, одна человеческая жизнь.
Длительное пребывание в гостевом доме.
Наверное, так и правда проще думать об этом.
– Теперь правил не будет. Вы можете проводить время как хотите в предназначенной семье. Правда, вы не можете от нее отказаться.
– То есть я не могу уйти? – вмешался я. Пурапура приподнял одну бровь:
– А вы хотите?
Я не ответил.
Что ни говори, я не был уверен, что хотел бы вернуться в этот мир.
Пурапура будто прочитал мои мысли:
– Если в земном мире вам станет неуютно, то помните об этих четырех месяцах вашего второго шанса. Об этой свободе, когда вас ничего не стесняло. И о людях, которые вас поддерживали.
Молча глядя под ноги, я вспоминал эти четыре месяца.
Четыре месяца общения с разными людьми. Четыре месяца размышлений.
Только благодаря им всем я смог снова стать собой.
– Что ж, пора возвращаться в земной мир, – сказал Пурапура, будто анонсировал прибытие на конечную станцию. – Сёко в кабинете рисования уже ждет не дождется.
Я вспомнил о ней. Точно, я же оставил Сёко в этом холодном классе.
– А ваша семья ждет вас дома. Они обсуждают, что подарить вам на день рождения через две недели.
Я кивнул.
– Возвращайтесь побыстрее, садитесь за книги, и вы обязательно поступите в одну школу с Саотомэ.
Я кивнул.
– А Хирока ждет, когда вы закончите голубую картину.
Я кивнул.
– Вы должны быть в этом мире.
Я кивнул. Да, я должен быть в этом мире.
С закрытыми глазами я представил мир людей, которые ждали меня.
Этот порой ослепительно яркий, многоцветный мир.
Пора назад, в водоворот ярких красок.
Жить вместе со всеми среди ярких цветов.
Пусть даже порой непонятно зачем…
– Спасибо, Пурапура, – сказал я ангелу. – Я тебя не забуду.
– Я тоже вас не забуду, – сказал он, приняв свой неизменно невозмутимый вид. – Спасибо вам за труды.
– Ты первый, с кем я мог поговорить.
– Приступаю к моей последней обязанности.
– С тобой можно было обсудить все!
– Я должен вернуть вас в мир земной. Следуйте моим указаниям.
– И в то же время было так просто!
– Итак, замолчите и сосредоточьтесь.
– Может быть, это из-за того, что ты ангел…
– Пожалуйста, замолчи.
– Ты не человек, ты не обижаешься. И тебя нельзя обидеть. С тобой было очень просто.
– Да заткнешься уже ты, наконец?
Меня огрели подзатыльником, и я удивленно замолчал. Подняв голову, я увидел, как Пурапура совершенно по-земному смотрит на меня.
– Ты долго болтать будешь? Замолчи уже и слушай, что я тебе говорю. Меня уже на следующей лотерее ждут.