Не задавая вопросов, администратор вывела Сёко из зала и, едва они вышли на свет, протянула ей пакет со свадебными сувенирами. Сёко заотнекивалась. Служащая отеля вежливо поклонилась и пояснила:
— Если я не вручу это вам, мне грозит выговор. Покорнейше прошу вас, примите.
Очевидно, чутье и опыт подсказали ей истинную причину появления Сёко в белом платье на чужой свадьбе. Поняв, что, отказавшись, поведет себя как ребенок, Сёко с величайшей неохотой взяла пакет и покинула отель.
Объявили, что поезд подъезжает к станции Сакасэгава. Молодая пассажирка поднялась с сиденья со словами:
— В следующий раз, когда встретимся, давайте выпьем пива вместе. Желательно из стеклянных кружек, а не из жестяных банок. — Поймав ошарашенный взгляд молодого человека, к которому обращалась, она добавила: — Вы ведь часто бываете в Центральной библиотеке Такарадзуки, не так ли? Вот я и говорю: в следующий раз.
Ровным ритмичным шагом она вышла из поезда. Мгновение на лице ее попутчика читалась растерянность. В следующий миг он вскочил, вылетел на перрон и помчался вверх по лестнице, догоняя собеседницу.
По-видимому, они еще не были парой.
— Эх… — грустно вздохнула Сёко и вернулась мыслями к своему поступку, которым, бесспорно, омрачила счастье молодоженов. Правильно ли она сделала? Репутация Н. в компании уже и так поколебалась, с учетом нынешней рецессии в экономике найти новую вакансию ему будет сложно, а Т. не сможет позволить себе роскошь немедленно оставить работу, хотя коллеги женщины теперь ведут себя с ней отчужденно.
Пословица гласит, что слухи утихают через семьдесят пять дней, но пока Сёко, которой Н. и Т. нагадили в душу, продолжает работать в компании, слухи не утихнут ни через полгода, ни через год.
Она никогда не уйдет. Она никогда не уйдет, просто назло этим двоим. Рассудок подсказывал, что такое решение пользы ей не принесет, но она не слышала его голоса.
В одном Сёко не сомневалась: если уволится в ближайшее время, она проиграет. Необходимо стиснуть зубы и продержаться хотя бы до тех пор, пока у Т. не начался декретный отпуск (а она, кажется, из тех, кто уже не возвращается к работе после рождения ребенка).
Из соседнего вагона появилась пожилая дама, крепко державшая за руку девочку-дошкольницу. По всей вероятности, это были бабушка и внучка. Пока первая крутила головой в поисках свободных мест, вторая заметила Сёко и радостно воскликнула:
— Невеста!
В ту же секунду из глаз Сёко хлынули слезы.
«Отчасти ты угадала, малышка. Еще недавно я была невестой и хотела стать женой человека, которому отдала пять лет жизни. Чувства между нами вспыхнули в одно мгновение: мы сразу поняли, что хотим быть вместе, точь-в-точь как тот парень из поезда и та девушка, вслед за которой он помчался. Несмотря на безалаберность, мой жених был добрым, и я любила его всей душой. Пока шли приготовления к свадьбе, я мирилась с трудностями и отгоняла подозрения, однако в итоге именно безалаберность жениха сгубила наши отношения. Я и представить себе не могла, что все закончится полным крахом моих иллюзий на его счет. Одна хитрая змея не просто увела его — она перечеркнула пять лет, которые я провела с ним. Я была настолько уязвлена, что у меня не оставалось другого выбора, кроме как сдаться и уступить его ей. Так что на самом деле я не невеста, нет. Я нарядилась в белое платье, чтобы наложить проклятие на брак недотепы Н. с тварью Т.».
Сакасэгава
«О-о, как мило!» — расчувствовалась Токиэ, щурясь, чтобы получше рассмотреть молодого человека и девушку, стоявших посередине лестницы.
Он о чем-то взволнованно говорил, глядя ей в глаза. Токиэ обратила внимание, что на холщовой сумке девушки изображен диснеевский персонаж, любимый ее внучкой Ами, чью ладошку она сейчас сжимала в своей морщинистой руке.
— Может, не станем откладывать до следующей встречи? Вы никуда не торопитесь? — Парень запыхался — похоже, бежал вдогонку за собеседницей. — Э-э, но если у вас есть друг или жених, тогда, наверное…
— Нету у меня никаких женихов, — весело улыбнулась та в ответ. — Более того, я как раз ищу бойфренда, так что приму ваше приглашение с удовольствием.
— Прекрасно!
Наблюдая со стороны за началом их романа, Токиэ услышала:
— Бабушка, ау! Поезд уйдет!
Токиэ покрепче взяла Ами за руку, и они заспешили вниз по лестнице. На ходу Токиэ не уставала радоваться, что по-прежнему передвигается шустро, не испытывая боли в ногах или в спине.