Шуй Жу Тянь-эр
Зимняя бегония. Том 3
Серия «Young Adult. Лучшие азиатские новеллы»
Published originally under the title of《鬓边不是海棠紅》 (Bin Bian Bu Shi Hai Tang Hong)
Author © 水如天儿 (Shui Ru Tian Er)
Russian Edition rights under license granted by水如天儿 (Shui Ru Tian Er)
Russian Edition copyright © 2024 Eksmo Publishing House arranged through JS Agency Co., Ltd. All rights reserved
Во внутреннем оформлении использована иллюстрация: © Phoebe Yu / Shutterstock.com Используется по лицензии от Shutterstock.com
Перевод с китайского Е. Фейгиной
Художественное оформление Я. Клыга
Иллюстрации Katiko
© Фейгина Е., перевод на русский язык, 2026
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Глава 1
Приближалось время родов Цзэн Айюй, и Чэн Фэнтай привез ее в больницу Сехэ. Цзэн Айюй сидела в приемной, сложив руки на большом животе, и Чэн Фэнтай, дав медсестре указания, уселся напротив нее, чтобы сказать ей напоследок пару слов в ободрение. Он сообщил, как будут выплачены деньги, кто станет за ней присматривать и как она проведет месяц после родов. Цзэн Айюй не отличалась осмотрительностью в общении с людьми: когда Чэн Фэнтай обходился с ней сурово, она сдерживала свой нрав, но стоило ему добавить каплю ласки, мигом начинала важничать. Услышав, с какой обстоятельностью, граничащей едва ли не с надоедливостью, ей излагают тщательно обдуманные планы, Цзэн Айюй тут же ощутила себя столь почетной и драгоценной персоной, будто в животе у нее был наследник престола. Ножку в простой туфле без каблука из черной кожи с расстегнутым ремешком она закинула Чэн Фэнтаю на колено.
Цзэн Айюй проговорила чарующим голосом:
– Второй господин, дело уж идет к концу, не будете ли вы любезны услужить мне напоследок?
Чэн Фэнтай обомлел. Цзэн Айюй знала, что подобный приказной тон непременно вызовет у него отвращение. С тех пор как они вступили в решающую схватку за ребенка, каждый обнажил свою истинную натуру: она не притворялась более кокеткой, Чэн Фэнтай же, обманутый на деньги, проиграл ей и теперь вечно сыпал колкостями, оставив доброжелательный тон. Цзэн Айюй не ожидала, что на сей раз он не станет над ней смеяться, а в самом деле застегнет туфлю. Теплые пальцы Чэн Фэнтая коснулись стопы девушки, он низко склонил голову, выражение его лица стало ласковым. Цзэн Айюй захлестнула вдруг волна скорби и обиды.
Застегнув ремешок, Чэн Фэнтай похлопал ее по ноге:
– Сделано.
Проводив Цзэн Айюй, Чэн Фэнтай успел вздремнуть часок после обеда, как зазвонили в дверной звонок – явилась Чэн Мэйсинь. Куда бы она ни шла, всюду брала с собой пять-шесть здравых вояк в качестве караула, грозного вида и безукоризненной выправки. Не успела она войти в дом, а солдаты уже выстроились на страже у входа. От страха мамушка Чжао начала заикаться, не смея пригласить Чэн Мэйсинь, солдаты оттеснили ее в сторону, и Чэн Мэйсинь направилась прямиком внутрь, крича по дороге:
– Позовите-ка мне Чэн Фэнтая!
Солдат толкнул мамушку Чжао, и та в спешке бросилась наверх звать хозяина.
Только Чэн Фэнтай услышал этот визгливый голосок, как мигом его узнал; набросив халат и позевывая, он спустился навстречу гостье. Он был обижен на Чэн Мэйсинь за ее участие в ссоре со второй госпожой, и прежние радушие и учтивость покинули его, он спросил лениво на шанхайском диалекте:
– Откуда старшая сестрица знает об этом месте?
Чэн Мэйсинь бросила ему обворожительную улыбку.
– А есть что-то, чего я не знаю? – Она огляделась: – Дом весьма неплох, с отдельным входом, вот только маловат, вам с третьей сестрой да ребенком в придачу будет тесновато.
Заспанный Чэн Фэнтай пропустил ее слова мимо ушей, повернувшись к мамушке Чжао, он приказал ей:
– Пойди свари две чашки кофе, а мне еще тост с яйцом поджарь.
Взглянув на его реакцию, Чэн Мэйсинь улыбнулась и проговорила:
– Тебе ни к чему меня винить. У меня ведь только один младший брат, если не я тебе помогу, то кто? Эти страдания единственно ради мира в вашей семье, чуточку терпения, ты еще благодарить меня станешь!
Чэн Фэнтай проговорил с ледяной усмешкой:
– А-а! Так я еще и благодарить тебя должен?
Улыбка сошла с лица Чэн Мэйсинь, она приняла облик, с каким обычно давала наставления.
– У невестки есть деньги и влияние родительской семьи, ты ответь-ка мне, чего ей бояться? А боится она, что семья ее окажется разрушена! Что не будет в доме мужа! Вспомни-ка Шанхай, всякий раз, как ты распутничал на стороне, ничем серьезным это не заканчивалось, она поплачет чуток – и ты мигом домой. Вот со временем невестка и поняла, что ты за человек: язык у тебя хоть и острый, зато сердце мягкое, дороже ее и детей ничего для тебя нет. А раз опасаться ей нечего, почему бы и не сесть тебе на голову?