— Что-нибудь из этого было правдой?
У меня отпадает челюсть.
— Ты что, шутишь?!
— Отвечай на вопрос...
— Нет!
— Что за черт?!
Я задыхаюсь, оборачиваясь, когда Гарри выбегает из подсобки, нахмурив брови и осматривая пустой бар. Она поворачивается и, прищурившись, смотрит на Ноэля.
— Что, черт возьми, здесь происходит?
— У меня личная беседа с...
— Кем ты себя, блять, возомнил! — шипит она. — Убирайся отсюда.
Губы Ноэля сжались, глаза сузились.
— А ты кто?
— Гарри, — рычит она, не отступая ни на шаг от его холодного, ледяного взгляда. — И ты в моем гребаном баре, выгоняешь моих гребаных посетителей!
Ноэль выглядит скучающим, когда достает бумажник из внутреннего кармана пиджака и протягивает черную кредитную карточку.
— Их напитки оплачены...
— У нас только наличные, — огрызнулась она.
Он вздыхает, убирая бумажник, его рука снова выскальзывает наружу, держа пачку наличных с серебряной застежкой. Он достает из него пачку банкнот и бросает на стойку бара сумму, близкую к пяти тысячам фунтов.
— Вы закрыты на ночь. Мне нужно поговорить с вашим барменом.
Гарри настороженно смотрит на меня.
— Эли, дорогая, почему бы тебе не встать позади...
— Уверен, этого достаточно, чтобы вы закрылись на ночь, — бормочет Ноэль.
— О, спасибо, милорд! Мы, простые крепостные, так благодарны господину за его щедрость! — говорит Гарри с преувеличенным акцентом, усмехаясь.
Лицо Ноэля мрачнеет.
— Вы закончили?
— Убирайтесь из моего гребаного бара, мистер Рэнсом.
Гарри улыбается в ответ на удивленное выражение лица Ноэля.
— Конечно, я знаю, кто ты такой, придурок.
— Как это замечательно, — говорит он скучающим тоном. — А теперь оставь нас.
Ее глаза вспыхивают от гнева.
— Ты что, блять, шутишь...
— Гарри?
Я смотрю на нее, прикусив губу.
— Дай нам минутку. Со мной все будет в порядке.
— Элла...
— Я обещаю.
Она смотрит на меня, словно пытаясь принять решение. Затем она переводит взгляд на Ноэля.
— Если ты, черт возьми, тронешь...
— Да, мы все впечатлены тем, какая ты свирепая и крутая, — скучающим тоном пробурчал он.
Гарри бросает на него свирепый взгляд, прежде чем повернуться ко мне.
— Я буду в кабинете, с битой для крикета, — громко шипит она, бросая взгляд на Ноэля, а затем снова поворачиваясь ко мне. Женщина протягивает руку и сжимает мою. — Позови меня, если я понадоблюсь.
Я киваю. Она бросает еще один ядовитый взгляд на Ноэля, прежде чем проскользнуть обратно через дверной проем в заднюю комнату.
Когда мы остаемся одни, мне вдруг кажется, что здесь слишком жарко. Слишком маленькое пространство. Слишком тихо. Я поворачиваюсь, стараясь не съежиться под его свирепым взглядом.
— Ну? — бормочу я.
— Думаю, ты скоро поймешь всю серьезность моих угроз, но я пришел предложить кое-что другое.
— О, что-то вместо угроз? — усмехаюсь я. — Какая оригинальная идея...
— Скорее, в дополнение к, — прорычал он, сузив на меня глаза. — Я могу предложить тебе ответы, Элла. Потому что если угроз будет недостаточно, и если деньги не убедят тебя...
— Нет, — солгала я.
— Тогда, возможно, тебе будет интересно узнать, кто убил Кассандру.
Мгновенная холодная ярость вспыхивает во всем моем теле. Мои глаза сужаются, когда я начинаю открывать рот.
— Я знаю, ты думаешь, что я ответственен за то, что случилось с твоей матерью...
— Ты ублюдок, я знаю...!
— Но я могу тебе пообещать, — рычит он. — Это не так. И если ты не доверяешь мне больше ни в чем, — его глаза опасно сузились. — Я думаю, ты прекрасно знаешь, что можешь доверять моим обещаниям.
Скорее, его угрозам.
Но он прав. Я знаю, что могу доверять ему в том, что он сделает все.
— Я знаю, ты хочешь, чтобы я был тем самым злодеем. Но это не так, — рычит он, наклоняясь ко мне. — Я не монстр, Элла.
— Ты чудовище.
Он слабо улыбается.
— Действительно. Но не настолько.
Ноэль отступает назад, поправляя пиджак и бросая взгляд на свои дорогие часы.
— На улице тебя ждет машина, которая выедет отсюда и через десять минут подъедет прямо к моему дому.
Его глаза сурово смотрят на меня, у меня перехватывает дыхание, когда они прожигают меня насквозь.
— Если ты хочешь получить ответы, я бы посоветовал на этот раз прийти и остаться.
Не говоря больше ни слова, он поворачивается и выходит из бара в темноту ночи.
Его угрозы могут быть реальными. Его обещания тоже могут быть реальными. Но есть одна вещь, в которой он ошибается.