Я краснею, чувствуя внезапный стыд за... что? Свою распущенность? Того, что я была хорошей девочкой, пока Ноэль не заполучил меня?
Я вздрагиваю, умываюсь, и говорю себе, что я не из тех девушек, которые так поступают.
Ложь.
Вода выключается, и я выхожу завернувшись в большое пушистое полотенце. Вытираюсь, сушу волосы феном, затем оставляю полотенце на крючке в ванной, после чего возвращаюсь в спальню.
Я надеваю шелковые шорты для сна и свободную шелковую майку, которая скользит по моим соскам. Заставляя меня краснеть.
Господи, все, что связано с Ноэлем, начиная с ужина и заканчивая надеванием этой чертовой пижамы, которую он мне подарил, словно сконструировано так, чтобы возбуждать меня.
Я отгоняю эти мысли прочь, когда подхожу к своей кровати, а затем внезапно останавливаюсь, напрягаясь.
На моей кровати лежит маленький черный пакет, размером примерно с половину обувной коробки. Матово-черный, с матово-черной лентой.
Этого не было, когда я вернулась с ужина.
Мой пульс учащается, когда я поворачиваюсь, чтобы осмотреть комнату. Разумеется, пусто, но я чувствую, как пульс гудит в ушах.
Я сглатываю, протягивая руку за маленькой открыткой кремового цвета, лежащей поверх подарка. Это написано идеальным мужским почерком.
Ноэль.
Тебе придется потренироваться, чтобы показать мне, какой плохой ты можешь быть.
Я хмурюсь. Что?
Бросаю открытку и тянусь к коробке. Крышка легко отрывается.
Мой пульс учащается, а глаза замирают.
Внутри, в небольшой луже черного войлока, лежит маленькое, черное, металлическое... что-то... Какая-то маленькая рукоятка с позолоченным золотым драгоценным камнем. Я хмурюсь, когда беру его в руки. Это похоже на фаллоимитатор или что-то в этом роде. Но меньше, и намного короче. И почти как луковица тюльпана, которая сужается до маленького диаметра, а затем расширяется к рукояти с золотым драгоценным камнем на ней.
Я нахмурилась. Что за...
Мое сердце бешено колотится.
Внезапно оно щелкает.
Я задыхаюсь, роняя его на кровать, пульс учащается. Но это не страх и не отвращение. Это тепло, которое разливается по моему телу.
И это самое последнее, что я должна была чувствовать, глядя на пробку для задницы подаренную Ноэлем.
Тебе придется потренироваться, чтобы показать мне, какой плохой ты можешь быть.
ГЛАВА 28
Я ничего не могу с собой поделать. Когда мой взгляд скользит по моему отражению в зеркале, а губы просто растягиваются в улыбке.
Возможно, это фальшиво. Возможно, это наказание за то, что я чуть не уничтожила империю Ноэля и свое собственное будущее. Свадьба будет состоять в основном из адвокатов и проходить в саду на заднем дворе особняка Ноэля.
Но это платье — просто огонь, и я выгляжу просто чертовски прекрасно.
— Черт возьми, ты выглядишь потрясающе.
Я ахаю, оборачиваясь, когда Гарри проскальзывает в комнату. Я готовлюсь в маленьком «садовом домике», который находится в задней части дома Ноэля в Кенсингтоне, — это целый гостевой коттедж с тремя спальнями и тремя ванными комнатами.
Рот Гарри приоткрылся в неподдельном шоке, когда она вошла и взглянула на меня.
— Я имею в виду святое дерьмо, детка, — промурлыкала она.
Я краснею, снова отворачиваюсь, чтобы посмотреть на себя.
Ладно, я признаю это. Я действительно выгляжу сексуально.
Памела не шутила, говоря, что это ее главный приоритет. Прошло меньше пяти дней с момента моей примерки, и вот я здесь, одетая в изысканное, идеально сидящее платье в день моей свадьбы.
— Ты хоть представляешь, черт возьми, сколько стоит платье от Памелы Коррум? — Гарри сглатывает, когда подходит ближе. Она нежно прикасается к оборке из белого шелка, украшенной, похоже, настоящими бриллиантами. Господи, да это, наверное, и есть настоящий бриллиант.
— Ну, я за него не платила, — хмыкаю я.
— Ты действительно так думаешь?
Она вскидывает бровь.
— Хм.
— Что?
— Нет, просто... Я понимаю, что это такое. Знаешь, фиктивно, все такое.
Я нахмурилась.
— И?
— Но я имею в виду, что даже для такого богатого придурка, как Ноэль Рэнсом..., — она смотрит на мое платье. — Для фальшивой свадьбы это немного выше всяких похвал, не так ли?
Я чувствую, как краснеют мои щеки, когда я отворачиваюсь.
— Он просто наслаждается красивыми вещами.
— О, держу пари, что так оно и есть, — хихикает она.