Я вздрагиваю, когда обе его сильные руки хватают меня за задницу, заставляя меня задыхаться, когда он приподнимает меня, и мои ноги импульсивно обхватывают его талию. Я стону в его губы, пока он несется к моей кровати, и вижу звезды, когда одна из его рук нажимает на пробку в моей заднице.
С моих губ срывается вздох, когда он неожиданно бросает меня на кровать. Я трепещу от жара, лежа обнаженной и раскинувшейся на кровати под его голодным, свирепым взглядом.
Медленно Ноэль начинает расстегивать пуговицы на своей рубашке. Я сглатываю, задыхаясь, когда он снимает ее со своего тела, и впервые я действительно вижу его.
Черт.
Этот мужчина выглядит как чистый секс в костюме. Без него он просто грех.
Его тело отточено до абсолютного совершенства — крепкое, подтянутое, стройное и мощное. Я и раньше видела его мельком. Но на этот раз мои глаза полностью впитывают линии татуировки в виде короны на его левом предплечье — чего-то такого, о чем вы даже не догадались бы из-за костюма.
Но тут мой взгляд, прежде чем я успеваю остановить его, устремляется на тонкий зазубренный шрам на его ребрах. Я сглатываю, но его глаза словно магнитом притягивают мой взгляд к себе.
— Забудь об этом, малыш, — рычит он.
Я прикусываю губу зубами, мои соски твердеют, а кожу покалывает, когда я смотрю, как он расстегивает брюки. Он снимает их, и мой взгляд мгновенно падает на выпуклость в его трусах.
Я приоткрываю рот от удивления.
Святой. Черт.
Большой палец Ноэля скользит за пояс. Мои глаза на мгновение останавливаются на нем, и меня обдает жаром от свирепого выражения его глаз. Он начинает стягивать трусы, и я не могу оторвать от них жадного взгляда.
Эластичный пояс скользит по толстому стволу, пока вдруг весь его член не вырывается на свободу, шлепаясь о твердый пресс.
У меня перехватывает дыхание, а глаза расширяются.
Что. За. Черт.
Он огромен. Я никогда не видела других парней без одежды, но он огромен. И такой толстый, и такой длинный, и просто... большой. Такой большой, что пугает меня, но не настолько, поскольку я нетерпеливо сжимаю бедра.
— Давай развеем твои ожидания, а? — рычит он, забираясь вслед за мной на кровать и надвигаясь на меня, как волк, собирающийся сожрать кролика. Его руки скользят по моим бедрам, его пальцы скользят по стрингам, стягивают их с моей мокрой киски, а затем с моих ног.
Он грубо раздвигает мои бедра, пока я хнычу, а его взгляд падает прямо на маленькую пробку в моей попке. Он раздвигает мои колени и проникает между моих ног. Его рот припадает к моей киске, и я вскрикиваю, когда его язык проводит по моим складкам.
— Ноэль...
— Я хочу чтобы ты изнывала по мне, малыш, — жадно рычит он, пожирая мою киску.
Он ласкает языком мой клитор, заставляя меня дрожать, когда мои глаза закатываются. Мои руки погружаются в его волосы, я цепляюсь за него, мои бедра бесстыдно прижимаются к его рту. Я стону, когда его руки хватают меня и прижимают к кровати, напоминая, кто здесь главный, и заставляя меня жаждать еще большего контроля с его стороны.
Одна из его рук медленно проводит по моей попке, пока не находит пробку. Он сжимает маленький драгоценный камень, и я бесстыдно вскрикиваю, когда он начинает медленно крутить его. От трения о нервные окончания я задыхаюсь от удовольствия, извиваясь в его руках, а пульсирующий жар в моем запретном месте доводит меня до исступления.
Его язык проводит по моему клитору, засасывая его между губами. Он рычит в меня, и этот рык толкает меня выше, когда я откидываю голову назад. Он начинает тянуть игрушку, и мои глаза распахиваются, когда она начинает выскальзывать из меня.
Я вскрикиваю, когда оргазм стремительно приближается ко мне.
А потом он останавливается.
Внезапно.
Ублюдок.
Я стону, когда мужчина отстраняется. Но когда его мускулистое, твердое тело начинает скользить вверх между моих ног, мой пульс гулко отдается в ушах. Он двигается надо мной, и я хнычу и вздрагиваю, когда чувствую, как твердая, набухшая головка его члена дразняще скользит по моему входу.
На мгновение меня охватывает страх. Но вдруг он оказывается рядом, обхватывает мое лицо и прижимается губами к моим. Когда он отстраняется, наши глаза встречаются, в них плещется золотой шторм.
— Я мог бы не спешить, — медленно произносит он.
— Но ты этого не сделаешь.
Он медленно качает головой, приоткрывая рот, его зубы царапают мою шею.
— Нет, малыш, — хрипит он. — Я не сделаю.
Я вся напрягаюсь, страстно желая его. Стону, хотя эти слова должны были бы напугать меня, а не сделать еще более влажной.