Мы отнесли человеческую голову в анатомический кабинет и всю ночь проводили ее обследование. Судмедэксперт Цзян и Ли Чжэн тоже примчались сюда, когда услышали такую новость.
Я не знаю, было ли это совпадением или небесным провидением, но мы обнаружили все фрагменты, которые можно было собрать воедино, в один и тот же день. И когда все фрагменты трупа были сложены вместе, девушка предстала перед нами во плоти.
Ее шея была разделена ниже щитовидного хряща; сломанные концы шейных позвонков были относительно ровными, что характерно для зазубренного инструмента. Это согласовывалось с характеристиками фрагментов трупа, найденных ранее.
После сравнения с частями туловища, найденными ранее, было установлено, что голова и туловище полностью совпадают. Теперь практически точно можно было утверждать, что все фрагменты трупа принадлежат одной и той же жертве. Конечно, чтобы определить, что это один и тот же человек, нужно было дождаться результатов анализа ДНК.
С головы срезали кожу. Череп проломлен не был. Когда его вскрыли, мозговая ткань покойной начала разжижаться, но никаких существенных повреждений обнаружено не было. Твердую мозговую оболочку удалили – никаких повреждений в основании черепа обнаружено не было. Распилив пилой височную кость, я увидел, что ее каменистая часть ярко-красного цвета.
Я по привычке прикоснулся к подъязычной кости и обнаружил, что она сломана.
– Учитель Цзян, у жертвы сломана подъязычная кость.
– Да?.. Достаньте ее и посмотрите!
Я быстро извлек подъязычную кость и после удаления мышечной ткани, прикрепленной к кости, обнаружил перелом ее большого рога, что говорило о том, что на шею жертвы было оказано давление.
Судмедэксперт Цзян кивнул:
– Должно быть, причиной смерти послужила асфиксия, вызванная удушением или сдавливанием шеи. – Посмотрел на часы: – Уже поздно, так что возвращайтесь поскорее домой и отдохните. Прошу Ван Мэна и Сяо Лю еще потрудиться. Отправляемся в лабораторию ДНК муниципального управления.
– Я тоже пойду! – Ли Чжэн упрямо последовала за нами в муниципальное управление.
Было уже два часа ночи, когда мы вернулись в отдел из муниципального управления. Ли Чжэн поехала домой, Ван Мэн пошел в дежурную комнату поспать, а я вернулся в кабинет и лег на диван. На меня навалилась усталость, и вскоре я заснул.
Меня разбудил телефонный звонок. Я посмотрел на номер, высветившийся на городском телефоне; он показался мне немного знакомым. Подняв трубку, я услышал девичий голос:
– Дядя полицейский, это вы вчера вечером звонили нам домой, верно?
– Ты кто?
– Я – Сунь Сяодань. Я должна вам кое-что сказать. В тот день мы вчетвером пошли к учителю домой, чтобы вместе позаниматься дополнительно, но потом Яньни ушла одна и до сих пор не вернулась домой.
– Удобно ли тебе будет рассказать мне о ситуации с Яньни?
Сунь Сяодань понизила голос:
– Дядя полицейский, мой отец сейчас отправляет меня в школу. Почему бы вам не разыскать меня там? Шестой класс средней школы «Чэннань».
Не дожидаясь моего ответа, девочка повесила трубку. Я посмотрел на часы: было 7.30 утра. Я поспешно побежал в кабинет начальника отдела Вана. Дверь была полуоткрыта. Я постучал и вошел:
– Начальник отдела Ван, я нашел зацепку!
– Садись и рассказывай, Сяо Лю. – Тот отложил книгу, которую держал в руке, и указал на стул рядом с собой.
Я доложил начальнику отдела Вану о звонке. Он встал со своего стула:
– Эта подсказка очень ценна. Нужно ее проверить. Вы с Ван Мэном немедленно отправитесь в среднюю школу «Чэннань»!
Ли Чжэн остановила нашу машину у входа в отделение. Когда она узнала, что мы собираемся вести расследование, тут же открыла дверь и села в машину.
Мы встретились с директором средней школы Чжаном в его кабинете. После короткого приветствия он позвал учителя Хэ Чэнцяня – классного руководителя шестого класса. На вид ему было лет сорок, он носил очки в черной оправе и выглядел очень воспитанным, но немного усталым; на лице чернела щетина. Было видно, что ему, как классному руководителю, приходится очень много работать.
Узнав о наших делах, учитель Хэ рассказал:
– Я помню, что в понедельник утром, две недели назад, четверо учеников из нашего класса не пришли на уроки. Родители один за другим приходили в школу, чтобы найти своих детей; некоторые даже обратились в полицию. Во вторник, за исключением Линь Яньни, все остальные ученики вернулись на уроки. Я спросил их, где они были, но те ничего не сказали.