Но Ли Чжэн рассмеялся в ответ.
– Что смешного? – нахмурился разбойник.
– Мне однажды посчастливилось видеть «Клинок, опутывающий шелком», – усмехнулся Ли Чжэн. – Искусство поистине замысловатое, при этом исполненное гармонии. А его жалкое подобие в вашим исполнении – просто позор для настоящего мастера! Что до имени, почтенный, оно никому не интересно. Когда вы падете сегодня от моего клинка, всех вас будут вспоминать лишь как шайку ворюг…
Ваньэр опешила. Неужели перед ней тот самый человек по фамилии Ли, который бормотал «О Амитабха!», случайно отдавив кому-нибудь ногу на рынке?! С каких это пор он научился грубить? Может, ей послышалось?
Но главаря слух явно не подвел. Он громко взревел и ринулся с клинком прямо на Ли Чжэна.
Тот плавно скользнул в сторону, словно невесомый листок, подхваченный речными водами, и одной рукой отразил удар с такой непринужденностью, будто отрабатывал приемы со своими приятелями. Яростные атаки разбойника вмиг стали суетливыми и нелепыми. Остальные не смели и думать о том, чтобы вмешаться, а Ваньэр, задыхаясь от вихрей пыли, поднятой ци противников, крепче прижимала к груди тельце ребенка, возможно, уже бездыханное.
Вдруг она услышала знакомое ржание и с изумлением увидела, как по улице мчится ее смышленый конек!
– Уходи! – не оборачиваясь, закричал Ли Чжэн.
Ваньэр тут же спрыгнула с крыши коню на спину и даже поводья не успела схватить, как он поскакал прочь.
– Братец Ли!.. – растерянно крикнула юная барышня.
Два клинка столкнулись в десяти шагах от нее, оглушающий лязг металла звенел в ушах, отзывался в груди, сдавливал горло. Широко распахнув глаза, она наблюдала истинные способности Ли Чжэна. Наспех завернутый в ткань клинок с внушительным обухом казался грубым, даже тупым, но его лезвие было вездесущим – подобно заснеженной горе, в ярости порождающей ледяную лавину, от которой не спрятаться и не скрыться. Поистине клинок, рассекающий лед без острия.
Ваньэр хотела развернуть коня, но путь ей уже преградила толпа разбойников. Стрелы засвистели в воздухе. Дитя в ее объятиях только мешалось, сковывая движения, и Ваньэр с трудом удавалось отбиваться. Узкие переулки старого городка сверкали отблесками клинков, преследовавших ее повсюду, но конь, обезумев от страха, все же проложил себе путь сквозь всю эту суматоху.
Над утопающими в тумане горами уже всходило солнце, обагрив небо кроваво-красным заревом. Ваньэр хотелось заплакать, но едва слезы собирались в ее глазах, их тут же слизывал и уносил прочь северный ветер.
Земля задрожала. Вдалеке послышался барабанный бой. Увидев вздымающиеся клубы пыли, она не поверила своим глазам – к городу приближалось войско!
– Почему он опять плачет?! – Ваньэр засуетилась и, подхватив злополучного младенца, принялась безустанно его похлопывать. От ее усилий малыш разрыдался пуще прежнего: неокрепшая шейка судорожно дернулась, личико сморщилось, казалось, он вот-вот испустит дух. – Братец Ли! Братец Ли! Помоги!
Хо Чанфэну волей-неволей пришлось остановить двух запряженных лошадей.
– Брат Ли, не поменяешься ли ты со мной местами? – громко крикнул он.
Ли Чжэн скрепя сердце уступил облучок и поднялся в повозку успокаивать ребенка. Всем этим скромным хозяйством они обзавелись уже после событий на перевале Убитых Тигров. Ужасы того дня благополучно закончились лишь благодаря связям хозяина крепости Хо, который одолжил двадцатитысячное войско у главы уезда, что в тридцати ли от несчастного городка. Не то чтобы власти не хотели навести порядок, просто каждый раз, как они направляли к ущелью солдат, разбойники скрывались в горах, потому и избавиться от них никак не удавалось. Приемы самопровозглашенного Клинка Севера были коварны и низки, а мощь его – невероятно велика. Проникнуть в самое сердце укрепленного поместья и отсечь голову уездному главе для него было проще, чем достать из мешка лепешку. Чиновники императорского двора больше всего боялись таких неуловимых головорезов. Ныне же, когда влияние рода Чжао ослабло, разбойники и вовсе расползлись повсюду. Власти не успевали разобраться с одной напастью, как сразу возникала другая – кому было дело до приграничного захолустья? У нового главы уезда тоже была семья, и жизнь ему была дорога, вот он и предпочитал не вмешиваться.
Никто и предположить не мог, что самозваный Клинок Севера столкнется с подлинным Клинком Юга! Хозяин крепости Хо некогда уже встречался с уездным главой, потому тот, получив от старого знакомого весточку, ухватился за подвернувшуюся возможность и приказал войскам немедленно выдвинуться к ущелью. Так они и избавились от этого гнойного нарыва, но невинно павшие мирные жители уже не могли видеть торжество справедливости.