– Сорок восемь крепостей дают приют лишь тем, кто оказался в безвыходном положении. Ради этого мой дед и дядя отдали свои жизни. Все, что осталось от рода Ли, – малолетняя сирота, та самая, которую вы схватили. А еще называете себя… – она слегка запнулась, подняла подбородок и окинула Ян Цзиня и остальной сброд, столпившийся у входа, тяжелым взглядом. Изначально Чжоу Фэй хотела запугать их именем Сорока восьми крепостей, но неожиданно прониклась собственными речами. Прошло больше десяти лет, но образ умирающего дяди, отпечатавшийся в ее памяти засохшим кровавым пятном, снова возник перед глазами. Нелепое чувство, вызванное раздутой сплетнями славой, и грозный вид, который она вынужденно напустила на себя, смыло внезапной волной горечи и негодования. – …Называете себя… героями. Столько совершенствоваться, налаживать связи, и все ради чего? Ради пустого спора о превосходстве? Похитили беззащитную девочку, с которой у вас и вражды-то никакой нет. Что ж, бессовестным все нипочем. Я запомню это.
Се Юнь усмехнулся про себя – зря беспокоился. Он провел с Чжоу Фэй уже немало времени, но иногда забывал, что в Хуажуне ей пришлось в одиночку противостоять сразу двум выдающимся мастерам – звездам Северного Ковша. Он полагал, что Фэй наивна, но забывал, что наивность – не значит глупость. В каменной темнице, среди врагов, отчетливо осознавая, что ей грозит опасность, просунуть сквозь трещину в стене мешочек с непонятными снадобьями – такой была наивность Чжоу Фэй.
– Вот именно, – он все же вставил свои два слова, а потом добавил: – А благодаря труппе Летящих Перьев и сочинителям пьес вроде меня история разойдется по всему свету. Сегодня мы запомним случившееся, а завтра о вашем позоре услышит каждый. Хозяйка, осмелятся ли ваши барышни во всеуслышанье поведать, как Союз Странников, прикрывшись влиятельными знакомыми, убивает невинных?
– Мужчины, способные понять мои песни, лет двадцать назад повымирали. Остались лишь пошляки, у коих все мысли только о том, куда бы третью ногу пристроить, – от одного взгляда на них становится тошно, – рассмеялась госпожа Ничан. – Мне уже давно жизнь не мила, так что раз уж здесь собрались такие удальцы, возьмите сразу мою голову и отнесите ее Северному самозванцу – у него наверняка найдется для вас парочка свободных собачьих мисок!
Ян Цзинь, похоже, был не слишком остер на язык и растерялся. Даже Странники никак не ожидали такого исхода. И это наследница Клинка Юга? Едва прославившаяся барышня из известного рода, чье искусство меча столь неудержимо… Они были уверены, что эта легендарная воительница окажется такой же, как Ян Цзинь: стоит бросить ей вызов да подразнить слегка – и она в порыве гнева сразу же согласится на бой. А другую барышню из рода Ли они держали у себя как гостью: вкусно кормили-поили и собирались отпустить, когда все закончится.
Но Чжоу Фэй не только не думала принимать вызов, она парой фраз умудрилась поставить Ян Цзиня в крайне затруднительное положение: Союз Странников всегда славился своей осведомленностью, ничуть не уступая Братству Нищих, но они и предположить не могли, что восходящий юный талант, о котором столько говорили, – всего лишь девчонка!
Чжоу Фэй держалась из последних сил, но внезапная двусмысленность в словах госпожи Ничан удачно отвлекла ее, направив мысли в другое русло. Горечь и негодование мгновенно рассеялись, уступив место любопытству.
«Что? – удивилась она. – Двадцать лет назад повымирали… Сколько же тогда госпоже Ничан? Никогда бы не подумала!..»
К счастью, рядом стоял Се Юнь, на которого всегда можно было положиться. Рассудив, что с Ян Цзинем разговоры вести бессмысленно, он спросил предводителя Странников:
– Господин, как ваша фамилия?
– Вы слишком любезны! Я простой человек, моя фамилия – Сюй, – смущенно ответил тот.
– Господин Сюй, – кивнул Се Юнь. – Хорошо. Раз вы так сказали, значит, через три дня мы должны увидеть барышню Ли живой и невредимой. Иначе… Вы человек умный, сами понимаете, что будет.
– Неужели струсила принять вызов? – не стерпев, крикнул Ян Цзинь.
– Да после того, что ты сделал, тебя убить мало будет! Принять вызов? А ты вообще достоин? – выпалила Фэй, быстро собравшись с мыслями.