Он неожиданно улыбнулся. Его взгляд впился в стоявшего в стороне стражника, а голос зазвучал с ледяной насмешкой:
– Так вот почему ты решил проверить мою реакцию, выпустив пару стрел?
Мужун Сюаньле тотчас изменился в лице. Его глаза налились гневом:
– Да как ты посмел?!
Солдат мгновенно рухнул на колени.
– Ваше высочество, пощадите! Ветер колыхнул ветви, и я подумал, что это зверь. Я не хотел оскорбить принца! – его голос звучал ровно и спокойно, без намека на страх.
Но прежде чем Мужун Сюаньле успел что-то ответить, младший принц лениво добавил:
– Если ты неспособен отличить человека от зверя, то такие люди в окружении брата подвергают его большой опасности.
Эти слова унизили стражника сильнее любой пощечины, и он резко побледнел. Губы задрожали, мужчина в панике принялся биться лбом о камни.
– Ваше высочество! Ваша милость! Я осознал свою вину!
Глаза Мужун Сюаньле на миг сверкнули холодным блеском, но уже в следующее мгновение он улыбнулся.
– Раз уж этот тупоголовый раб оскорбил тебя, братец, конечно, я его накажу. – И немного помолчав, добавил: – Но нам лучше не задерживаться. Осенняя сырость в горах пронизывает до костей. Нужно поскорее вернуться.
Мужун Цзинхэ чуть прищурился, словно обдумывая его слова. Он вальяжно откинулся на плечи Мэй Линь, закрыл глаза и, казалось, мог вот-вот задремать. Однако затем он приоткрыл веки и лукаво взглянул на брата:
– Братец, тебе лучше ехать первым. Мы с любимой еще недостаточно насладились друг другом, ведь на самом деле…
– Достаточно! Мужун Цзинхэ, сколько можно насмехаться?! – потеряла терпение молчавшая до сих пор Муе Ломэй, ее глаза полыхнули гневом.
Мужун Цзинхэ будто бы только сейчас заметил ее присутствие. Он уставился на нее затуманенными от похоти глазами, и его лицо тут же окаменело. Губы слегка дрогнули, а взгляд стал ледяным.
– Кто ты такая, чтобы в подобном тоне разговаривать с принцем?
Эти слова прозвучали так неожиданно, что не только Муе Ломэй и Мужун Сюаньле, но и Мэй Линь застыла в изумлении. А принц, словно не замечая их реакции, вальяжно продолжал:
– Ты ранила любимую женщину принца. И пока неясно, как будешь возмещать ущерб. Решила совсем распоясаться?
– Мужун Цзинхэ… ты… ты…
Муе Ломэй, прежде разнеженная его вниманием и заботой, теперь не могла подобрать слов. Он всегда холил и лелеял ее – и вдруг разговаривает таким тоном?! Она побледнела от ярости и потрясения, совершенно не зная, что предпринять в ответ на такое бессовестное унижение.
– Титул принца не пустой звук, чтобы выкрикивать, что в голову взбредет, – высокомерный голос обдал ее откровенной неприязнью.
Губы мужчины тронула усмешка, а в глазах мелькнуло отвращение.
– Такие, как ты, надменные и скучные, вообще не стоят внимания. Принц просто решил развлечься, а ты подумала, что стала для него важной птицей? И еще осмелилась поднять руку на мою женщину?!
Муе Ломэй почувствовала, как ее пальцы заледенели. Лицо исказилось от обиды.
– Хорошо… хорошо… Отлично!
Она резко развернулась и пошла прочь, даже не посмотрев на принца. Мужун Сюаньле несколько раз попытался окликнуть ее, но девушка не замедлила шаг. Старшему принцу пришлось оставить эту затею, и он устремил на брата полный осуждения взгляд.
– Цзинхэ, на этот раз ты зашел слишком далеко!
Но младший принц лишь лениво качнул головой и не удостоил его ответом. Мужун Сюаньле поджал губы и тоже развернулся, собираясь уйти, однако после нескольких шагов внезапно остановился.
– Ты, – бросил он одному из стражников, – остаешься здесь, чтобы защищать принца Цзинхэ. Если с ним что-нибудь случится, не сносить тебе головы.
Когда он скрылся среди деревьев, Мэй Линь почувствовала, как пальцы Мужун Цзинхэ, сжимавшие ее запястье, постепенно слабеют. Его хватка показывала, как непросто ему далось это представление, но девушка не могла понять мотивов принца. Зачем он сказал все эти слова, если они приносят ему столько страданий? Разве не проще открыть Муе Ломэй правду?
Однако ей не дали времени поразмыслить над этим. Мужун Цзинхэ плавно повернул голову, и его губы скользнули по ее шее. Со стороны все выглядело так, будто они снова захотели предаться страсти. Стоявший неподалеку стражник явно смутился, понимая, что гнев принца дорого ему обойдется. Боясь навлечь на себя еще большее недовольство, он быстро отвел взгляд и отошел подальше.
– Надо убрать его, и как можно скорее, – вкрадчиво шепнул Мужун Цзинхэ, хотя глаза его оставались пугающе холодными.